Онлайн книга «Военный инженер товарища Сталина 2»
|
Бараки шли двумя рядами вдоль идеально вырубленных в толще льда стен. Из чувства такта Ева, как женщина, не стала просить войти внутрь бараков. Все же там свой, уникальный, скрытый от глаз, мужской мир. И женщине там не место. — Спасибо, Гюнтер. Не стоит приглашать меня внутрь. Будет неловко. Бородач просиял. Удовлетворив свое любопытство, Ева взяла под локоть барона. — Вы провелидля меня потрясающую экскурсию, Людвиг. Я обязательно передам все свои впечатления мужу. Пора возвращаться? — Если пожелаете, можно остаться здесь до утра. Гюнтер поселит вас в женском бараке. Вахта переночует здесь, а завтра уедем. — О, нет. Сейчас ведь обед? Мы добирались сюда четыре часа. Уставшие люди не должны страдать из-за моей прихоти. Они ждали этого дня, чтобы вернуться домой. Ведь Новый Берлин для них уже дом? Я так понимаю? — Уже дом. Тогда что? Позвольте проводить вас к снегоходу? — С удовольствием. Мне будет приятно провести с вами время на пути назад. Расскажете мне много чего интересного. И в сопровождении коменданта Новой Швабии фрау Кролль покинула объект. Экскурсия была завершена. Спустя четыре часа они благополучно вернулись назад. Пропускные терминалы приняли старую вахту. Попрощавшись с другом, Ева Браун, полная грандиозных впечатлений, направилась к Густаву Фридриху Кроллю. В его мастерскую. С фон Риттеном они назавтра решили пригласить к ужину конструктора Шаубергера. Барон обещал упросить инженера рассказать технологию летающих дисков. …Наступало шестое января сорок пятого года. Глава 22 1917 год. Октябрьская революция. Игоря-летчика из Курской дуги сорок третьего года все глубже и глубже заносило в исторические эпохи планеты. Причем, барокамеру бросало в беспорядке — туда-сюда, минуя различные отрезки времени. То его капсулу швыряло куда-то к Наполеону, то к неандертальцам, то к Екатерине Великой, а то вообще в мезозойскую эру. Хаотичность перебросок обуславливалась тем, что модуляция саркофага никак не могла отыскать световой маркер того Александра из двадцать первого века, инженера цеха технических разработок, с которым Игорь познакомился на Курской дуге благодаря двум бойцам — Борьке и Алексею. Модуляция саркофага нужна была, чтобы пересечься с ним векторами. Если бы два маркера — Игоря и Александра — пересеклись, тогда, при обоюдном контакте, каждый остался бы в своем времени: Игорь-пилот у себя в Мурманской авиации сорок третьего года, Александр — в своем двадцать первом столетии. — Дубль-маркер не найден… — автоматом доложил самописец. В этот раз барокамеру носило вообще где-то у черта на куличках. Находясь внутри капсулы, тело пилота парило в невесомости. Подсознание выдавало странные образы. Сам Игорь ничего не чувствовал, пребывая в анабиозном состоянии. Снаружи барокамеры бесновались вихри магнитных возмущений. Рвались по швам параллельные измерения. Исчезали и возникали куски пространств различных эпох. Носились плясками века с тысячелетиями. Он лежал неподвижно. Сознание увлекло его в черную пропасть. Иными словами — душа парила где-то там, в абсолютно иных альтернативных мирах. И вот он — миг! Бац! Тело пилота оказалось внутри развернувшейся гигантской панорамы, которая, подобно спирали, вращалась вокруг оси, напоминая раструб воронки. — Дубль-маркер не подлежит опознанию! — в который раз механическим голосом отчитался автомат самописца. — Продолжается поиск… |