Книга Военный инженер товарища Сталина 1, страница 30 – Анджей Б., Виктор Жуков

«Приемная».

Вошли. Из-за стола встал лысый и подтянутый Поскребышев. По углам в креслах сидели приглашенные лица. Все устремили взгляды на меня.

Вот тут-то все и началось…

* * *

После минут ожиданий, Поскребышев взял тихо звякнувшую трубку.

— Есть! — отчеканил по-военному.

Обвел взглядом присутствующих.

— Пятнадцать минут, — бросил коротко. — Вы, вы и вы, — указал на нас троих. — Потом позовут остальных.

Переступая порог кабинета, я ощутил, как трясутся поджилки. Сразу поплыло в глазах. Качнулся пол. Невидящим взглядом окинул комнату.

Длинный стол был занят членами Политбюро. Впервые, да еще и вживую, я узрел наших ведущих партийцев.

— Вперед, — шепнув в ухо, подтолкнул Илья Федорович. Сам был белее снега, но держался уверенно. Командующий фронтом принял стойку смирно.

— По вашему приказанию прибыли!

— Проходите, товарищи, — раздался сипловатый, а может, как мне показалось, простуженный голос.

Я невольно вздрогнул. Голос шел из-за спины. Впереди, за столом, сидели шесть человек. По портретам машинально узнал Молотова в пенсне, Ворошилова при орденах, Берию с проницательным взглядом через очки. Дальше не успел. Мягкие шаги обогнули меня, возник силуэт. Вкрадчивый голос спросил:

— Хорошо ли добрались?

Язык онемел. Передо мной, немного сутулясь, прикуривая спичкой трубку, остановился сам Верховный вождь всех народов.

— Спа… спасибо, т-товарищ Сталин! — заикаясь, выдавила гортань. Во рту пересохло. Желтоватые зрачки приблизились к самому лицу. Повеяло дорогим табаком. Вблизи были видны следы оспин. Сталин отошел на шаг, окинул с ног до головы. Прищурился с хитрецой.

— Так вот вы какой, товарищ из БУДУЩЕГО…

И умолк. У меня отнялись ноги. Слово «будущего» он произнес с каким-то зловещим ударением. Куратор стоял сзади, помочь было некому. Вопрос — не вопрос? Как отвечать? Отвечу — нарушу инструкцию.

— Присаживайтесь, товарищ… — мягко предложил голос Вождя. И назвал мою фамилию.

Ну вот, — оборвалось в груди. — Теперь точно ГУЛАГ.

Указав трубкой на стул, Иосиф Виссарионович предложил моим начальникам:

— Вы тоже, товарищи военные, присаживайтесь. С вами будем вести разговор позднее.

Я сел на край стула. Отчаянно хотелось пить. Голос Вождя обволакивал, как сигарный дым. Уши горели.

Из истории я помнил, что Сталин говорил с акцентом. Вместо слова «Вы», у него получалось тягучее «Ви-и». Остальной выговор я пропустил. Позывы в сортир предательски отзывались в животе.

— Нам уже известно, каким образом вы прибыли сюда.

Чисто на автомате я уловил, что «вы» было произнесено как «ви-и».

— В технические детали нас с товарищами Политбюро познакомит ваш куратор. Я прав? — повернул он голову к Илье Федоровичу.

— Так точно! — выпрямился тот по стойке смирно.

— Садитесь. А вы, товарищ Командующий фронтом? Вы, как военный, закончивший офицерскую академию, вы… верите в историю перемещений во времени?

Дальше все шло без моего участия. Признаться, силы покинули мой скудный разум. Задавался вопрос. Я отвечал механически, на уровне запрограммированного автомата. Что спрашивал, что узнавал, какие уточнения? — все без меня. Вероятно, я был в прострации. Что-то о барокамере, что-то о коллапсе временного портала. Нес околесицу. Помнил только, как на вопрос о конце войны четко ответил: май сорок пятого.

Что происходило в кабинете — вспомню на смертном одре. В тот миг я был раздавлен. Клоп на подушке. Сталин дымил трубкой, обходил мягкими шагами мой торс, заглядывал в глаза. Вопрос сыпался за вопросом. В мозгу отложилось: