Книга Телохранитель Генсека. Том 2, страница 11 – Петр Алмазный

Рябенко присел рядом,снял генеральскую папаху, положил на соседний стул.

— Как доехали, Александр Яковлевич? — спросил его.

— Все в порядке, без происшествий. Впервые порадовался, что Леонид Ильич сам вел машину. Если бы не его реакция, занесло бы и — все… — он махнул рукой.

Был без слов понятно, что проскочили по краю пропасти. Буквально, заглянули смерти в глаза — и Рябенко, и Брежнев. Хотя Брежнев в силу своей натуры, наверное, даже не придал этому случаю большого значения.

Из кабинета один за другим вышли контрразведчики. Последним в дверях показался злой как черт генерал Григоренко Григорий Федорович. Начальник второго главного управления едва не кипел. Он остановился возле нас и, посмотрев на Рябенко, процедил:

— Хорошо поработали. Поздравляю… — в его голосе клокотала едва сдерживаемая ярость.

— Ну да, часть вашей работы сделали, — не удержался, подколол «злейшего друга» генерал Рябенко.

Григоренко хотел вспылить, но сдержался, пообещал с недоброй усмешкой:

— Какие наши годы, еще сочтемся.

А, выходя из приемной, глянул на дверь так, словно хотел ей хлопнуть. Но вместо этого погасил замах и аккуратно притворил дверь за собой.

Иванов пригласил нас в кабинет Андропова. Я ожидал чего угодно, скорее всего выговора за ошибки, обвинения в халатности, в том, что допустили очередное покушение…

Андропов встал, прошел к сейфу, открыл его и обернулся к нам, держа в руках погоны с тремя большими звездами.

— Владимир Тимофеевич, имею честь поздравить вас с присвоением очередного звания, — Андропов пожал мне руку, протянул погоны.

— Служу Советскому Союзу! — я вытянулся в струнку.

— Расслабься, Володя, — Андропов раньше никогда не называл меня по имени и не обращался на «ты». — В отделе кадров ознакомишься с приказом и получишь документы.

Рябенко удивился, но промолчал. «Ох, дела… — с некоторой тревогой подумал он, — Неужели это мне готовят замену?». Мне эта мысль не понравилась. Жаль, если на пустом месте возникнет ненужная и непонятная интрига между мной и человеком, которого я всей душой уважаю.

— Учитывая, сколько покушений на Генерального секретаря произошло за последние несколько дней, и то, что мы постоянно не предупреждаем события, а идем за событиями, — сказал Андропов, — я делаю вывод, что против нас действует очень серьезный противник,который готовит операции на высшем уровне. А мы, к сожалению, в этом противостоянии проигрываем. Давайте сейчас послушаем, что скажут следователи. Задержанный пришел в себя, с ним уже беседуют.

— Вы обедали? — поинтересовался Андропов.

— Мы даже не завтракали, не до того было, — буркнул Рябенко.

— Тогда сходите в столовую. Думаю, часа вам хватит. К тому времени будут уже какие-то результаты работы со стрелком. Вернетесь — поговорим.

Мы с генералом вышли из кабинета.

Пока шли по коридорам до столовой, я думал. Мне ведь раньше всегда казалось, что причиной развала СССР стал Горбачев. Теперь же я начал понимать, что Горбачев был лишь следствием. Своего рода финальной точкой в долгом процессе по уничтожению Советского Союза.

В столовой взяли комплексный обед из трех блюд, ничего особенного: обычный борщ, картофельное пюре с котлетой, салат, хлеб и компот. В кремлевском буфете выбор куда богаче, но на Лубянке Андропов не позволял «барствовать». Подавальщицы тоже не мелькали среди столиков, все было по-простому: взял на раздаче блюда, рассчитался на кассе и с подносом в руках потопал к столу.