Книга Телохранитель Генсека. Том 3, страница 29 – Петр Алмазный

Потом заглянул на Старую площадь. Смиртюков был на месте и пообещал завтра к девяти утра прислать солдат для помощи с погрузкой.

Пообедал там же, в столовой. Проехал до Лубянки, оставил машину на площади Дзержинского. Вошел в здание Комитета, поднялся по лестнице и у кабинета Удилова был ровно в четырнадцать тридцать.

— Вы очень пунктуальны, — вместо приветствия произнес Вадим Николаевич. — Проходите.

Я вошел в знакомый кабинет. Как всегда почти стерильная чистота и идеальный порядок. По росту выстроены карандаши на столе, по толщине — папки в шкафу, и точно соблюдена очередность цветных наклеек на папках. Осталось повесить плакат с девизом: «Перфекционизм — наше все». Но, как говорится, у каждого гения свои причуды.

— Помните наш прошлый разговор о Резуне, Пигузове, Калугине? — Вадим Николаевич прошел к шкафу, достал папку с синей наклейкой.

— Помню, конечно же. А до этого мы разговаривали о Яковлеве, и о том, что на него уже много раз подавал рапорт Дроздов, где сообщал о подозрительно частых контактах Яковлева с Шевченко.

— Шевченко уже арестован. Взяли, когда зашел на территорию нашего посольства. Скоро доставим в СССР. Зам генерального секретаря ООН. И, кто бы мог подумать, агент ЦРУ…

В моей реальности Шевченко сбежал весной семьдесят восьмого. Здесь его успели арестовать в семьдесят седьмом. Как получится с остальными? Надеюсь, Резун тоже не успеет сбежать в Великобританию и по нему уже работают.

— Не помню точно, но кажется эта фраза принадлежит Морицу Саксонскому, — я прочистил горло, кашлянув, и процитировал. — Лояльность шпиона должна проверяться повседневно, и нужно быть уверенным, что он не подкуплен противником.

— Вы абсолютно правы. Тем более, что есть еще одно старинное высказывание: «Чтобы быть шпионом, нужно быть немного негодяем», — поддержал Удилов. — Вот только грань между «немного негодяем» и просто негодяем иногда не прослеживается. Яковлева удалось отозвать в Москву под благовидным предлогом. Сейчас дает признательные показания. На очереди Калугин и Пигузов. Они пока активную деятельность не ведут, но находятся в разработке. Держим их под наблюдением.

— Обратите внимание на Гордиевского. Сотрудник третьего отдела Первого главного управления. Он сейчас в Москве. Выпускать его за границу не стоит. Надо работать, наверняка что-то на него найдете. Гордиевский был завербован еще в конце шестидесятых годов, причем по собственной инициативе. Расстроился, так сказать, после событий «Пражской весны». Итогом его преступной деятельности может стать выдача всей советской агентурной сети в Европе. Он уже начал сливать информацию МI-6.

— Принято, — Вадим Николаевич кивнул. Он пока ничего не записывал, не помечал. Но я не волновался на этот счет. Память Удилова надежнее многих записей.

— Но сегодня я пригласил вас по другому поводу, — сменил тему Вадим Николаевич. — Цвигун утвердил план реорганизации Комитета. Причем Семен Кузмич обошелся без доклада на Политбюро, сделал напрямую через Леонида Ильича. Вы назначены исполняющим обязанности начальника Управления собственной безопасности. Пока исполняющим, до получения вами очередного звания. Думаю, утверждение штатного расписания займет не меньше месяца. Дальше еще месяц с финансами будут разбираться. Думаю, что раньше января семьдесят восьмого все бюрократические процедуры не пройдем. А работать надо начинать уже сейчас. Я могу предложить вам помощь своих аналитиков. У них имеются неплохие наработки по обеспечению собственной безопасности, по оперативной работе и по кандидатурам. Ознакомитесь с критериями по отбору подходящих сотрудников. Информация не только по Москве. Так что, думаю, вам придется поездить по стране, лично познакомиться с кандидатами, которых подберем совместно.