Книга Телохранитель Генсека. Том 4, страница 71 – Петр Алмазный

Нехорошее предчувствие никак меня не отпускало. Я для себя решил поближе пообщаться с сыном Громыко, когда представится возможность, и попробовать «послушать» его мысли.

Не знаю, зачем я это сделал, но прежде чем решить вопросы на кухне, прошел в спальню Генсека.

Там как раз находилась горничная. Обычная советская женщина, слегка полноватая, лет за сорок, в фартуке и наколке на взбитых начесом волосах. Она заканчивала пылесосить.

— Здравствуйте! — поздоровался с ней. — Постель сегодня перестилали? — спросил, когда горничная, наконец-то, выключила пылесос.

— Ой, да вы не беспокойтесь, мы все делаем как полагается! В любой момент приедет Леонид Ильич — и все будет готово к встрече, — быстро заговорила она. — Все в полном порядке. И постель, и одежда. Пижама Леонида Ильича вот тут, вот гардероб весь прибран. Все чисто, все постирано…

Она говорила, сильно волнуясь.

— Ответьте на простой вопрос: постель сегодня перестилали? — с нажимом повторил я.

— Вчера все делали. Все идеально чисто, — ответила она и подумала: «Зачем я согласилась? Потеряю же работу! Не надо было жадничать. Но как тут отказаться — триста рублей на дороге не валяются, а у дочки свадьба скоро»…

Уже поняв, что дело не чисто, я не спешил, работая аккуратно.

— Телефон работает? Подключен? — спросил, подойдя к тумбочке.

— Да-да, конечно! — быстро ответила горничная, с облегчением вздохнув.

«Просто проверяет перед приездом Леонида Ильича, а я уже накрутила себе черти что», — пронеслось у нее в голове.

Я поднял трубку, набрал номер и сказал в трубку:

— Михаил Солдатов еще не покинут территорию? Попросите его подняться в спальню Генерального секретаря.

Лицо горничной пошло красными пятнами от волнения.

Солдатов поднялся быстро, рывком открыл дверь, ворвался в спальню Брежнева.

— Володя, что случилось? — взволнованно спросил он.

— Пока не знаю. Вот сейчас горничная… Как вас, кстати, зовут? — спросил я трясущуюся от страха женщину.

— Анна Игнатьевна, — пролепетала она.

— Так вот, Анна Игнатьевна сейчас нам с тобой расскажет, кто заплатил ей триста рублей и, главное, за что? — я внимательно смотрел на проштрафившуюся горничную.

— Я не знаю, тут ученые в гостевом доме. Один попросил, я сделала. Но там ничего плохого, просто сюрприз хотел сделать Леониду Ильичу. Небольшой сувенир попросил передать, — она говорила быстро, мысленно проклиная себя за жадность. Понимала, что с работы теперь точно вылетит, а может что и похуже.

— Показывайте, — приказал ей Солдатов.

Анна Игнатьевна подошла к кровати и выудила из-под подушки деревянную фигурку африканского божка. Маленькую, с ладошку величиной. Из черного дерева был вырезан кривоногий толстогубый мужичок с выпученными глазами.

— Ичто это такое? — спросил Солдатов.

— Он сказал, что черное дерево хорошо действует на здоровье, убирает головные боли, и если засунуть его в постель поглубже, то лечебный эффект в течении нескольких дней сказывается…

Горничная села на край постели — видимо, ноги совсем перестали ее держать.

— Простите, а можно мне воды, что-то плохо стало… — женщина всхлипнула, вытерла слезы краем фартука и зарыдала:

— Я же ничего плохого не сделала!

Солдатов подошел к столику, взял бутылку минералки и лежавшую рядом открывашку. Быстрым движением снял со стеклянной бутылки металлическую крышку. Налил воды в стакан и подал его плачущей горничной. Она, стуча зубами о стекло, сделала глоток, потом другой…