Онлайн книга «Телохранитель Генсека. Том 6»
|
Первое, что я сделаю, когда приду домой — обниму Светлану. Хочется просто постоять с ней рядом, чувствуя, как уходит напряжение. И тут же затеять шумную возню с девочками, переслушать все их новости, которых наверняка накопилось очень много за время командировки. Мне так захотелось домой, что сейчас даже ворчливое возмущение Лидочки по поводу «избразганной» обуви будет казаться душевной музыкой. Да что там говорить, я бы даже Олимпиаду Вольдемаровну, нашу «заслуженную» соседку, встреть ее сейчас, обнял бы. Хотя нет, с объятиями погорячился, но мысль о доме согрела. Пора закругляться здесь. Я бросил окурок в урну и вернулся в здание. Быстро прошел в секретарскую — надо переговорить о вчерашнем дне, выяснить, кто здесь находился и в какое время. В секретарской оказалось неожиданно людно. В большой комнате, где обычно слышался только шум печатных машинок, сейчас гудели голоса. Из шести столов, увенчанных пишущими машинками, три были заняты. Галина Игоревна, солидная матрона с прической, напоминающей парики дам начала девятнадцатого века, быстро стучала пальцами по клавишам. Рядом, вполоборотак ней, стоял Виктор Суходрев, переводчик Леонида Ильича. Он держал в руках свежий номер какой-то западной газеты и негромко, но четко диктовал секретарше: — … ввиду всего вышеизложенного у правительства Советского Союза возникают… Увидев меня, он кивнул и продолжил диктовку. За вторым столом сидел один из выпускников МГИМО, сосредоточенно раскладывая по папкам бумаги. В дальнем углу комнаты работала еще одна пара. Переводчик Валентин Бережков, склонившись, что-то объяснял секретарше, которая внимательно его слушала, положив руки на клавиатуру печатной машинки. С Суходревом все ясно, фигура привычная, человек в гуще событий. С ним я несколько раз сталкивался еще в то время, когда находился при Брежневе телохранителем. А вот Бережков… Увидеть его здесь было немного неожиданно. А для меня, если сказать честно, еще и волнующе. Я не просто читал его книгу «Тегеран-43», я ее проглатывал, перечитывал много раз, впитывая каждую деталь, каждое слово. Фильм, снятый по мотивам, пересматривал тоже несколько раз, хотя он был намного хуже книги, слабее, хотя и снимали видные режиссеры. В книге Бережков описал историю, частью которой был сам. А сейчас он стоит в нескольких шагах от меня и беседует с секретаршей… Я встряхнулся и тут же напомнил себе: «Не сотвори кумира»… — Всем доброго дня! Галина Игоревна, вы, как всегда, неотразимы! — я широко улыбнулся. С Галиной Игоревной любой разговор превращался в прогулку по минному полю. Что тут поделать — человек настроения. Она могла быть радушной и разговорчивой, а могла отбрить любого так вежливо, что просто хоть мастер-классы проводи. Но ко мне она благоволила всегда. Наверное, потому, что я обычно держал дистанцию и никогда не влезал в ее личное пространство. — Владимир Тимофеевич, никогда не замечала за вами склонности к лести, — строго ответила секретарша, но было видно, что комплимент ей приятен. — Что привело вас к нам? — Не поверите, ищу вчерашний день, — перевел все на шутку. — Мне нужно знать, кто вчера в районе двух часов дня был в этом кабинете? — Кого здесь только не было, потому что вчера здесь был проходной двор, — посетовала секретарша. |