Книга Телохранитель Генсека. Том 5, страница 15 – Петр Алмазный, Анджей Б., Юрий Шиляев

— По-вашему получается, Владимир Владимирович, если мы начнем «понимать» сотрудников, то сможем предупредить их ошибки?

В этот момент я подумал о собственной телепатии, которая лучше любой эмпатии позволяла мне «понимать» кого угодно, но заставить людей не совершать ошибки я все равно никак не мог.

— Частично, товарищ полковник, — ответил Путин, секунду поразмыслив. — Потому что ошибки все равно неизбежны. Ошибаются все, даже самые опытные и добросовестные сотрудники. Наша система построена на людях, а человек не может быть абсолютно безупречен. Важно не то, что ошибки случаются, а то, как быстро мы их выявляем и исправляем. Еще важнее — насколько эффективно мы можем предвидеть и минимизировать последствия этих ошибок для безопасности государства.

Он внимательно посмотрел на меня, кивнул, показывая, что закончил. Опустился в свое кресло и взял со стола чашку с чаем.

— Спасибо, товарищи, — произнес я, поднимаясь с кресла. — Все ваши мысли были очень полезны. Надеюсь на наше дальнейшее плодотворное сотрудничество.

Когда кандидаты разошлись, я остался в кабинете один. Сняв пиджак, я сел за стол и налил себе уже остывшего чая, машинально взяв с тарелки печенье.

Симонович. Опытный, уверенный в себе, настоящий оперативник старой школы. Но всё в нем выдавало человека, для которого работа — прежде всего власть. Контроль, наказание, суровые меры… В его мыслях ощущалась холодная уверенность, граничащая с цинизмом. Он действительно верил, что людей нужно держать в узде, иначе наступит хаос, других методов не существует. «Таких у нас уже достаточно», — подумал я с некоторой грустью. Проблема в том, что для него любой человек не цель, а средство. Средство достижения собственных амбиций. А значит, не место ему в новом управлении. По крайней мере, не со мной. Не хотелось бы однажды понять, что сам создал механизм репрессий, которые наоборот старался не допустить.

С Кузнецовым всё было проще. Молодой, амбициозный — это да. Но амбиции его не были направлены против системы или людей. Кузнецов хотел карьерного продвижения, и это совершенно нормально, если его энергия будет направлена в нужное русло. Аналитический склад ума, умение работать с информацией и хорошие навыки прогнозирования — именно то, что мне сейчас необходимо. Такому человеку будет удобно доверить важные аналитические направления, работу с картотеками, выстраивание новых систем оценки рисков. И если его амбиции помогут нам лучше защищать страну от внутренних угроз, тем лучше.

Теперь Путин. Тут всё было сложнее и одновременно проще. Сдержанный, даже закрытый человек, умеющий держать эмоции под контролем. В разговоре немногословен, но каждая фраза имела глубину. Путина отличало то, что он видел не только формальную сторону проблемы, но и ее человеческое измерение. Вначале он изучал человека, а только потом соответственно реагировал. На какие задачи его можно поставить? Аналитика? Возможно. Но больше он подойдет на оперативное направление. Я бы доверил ему проверку внутренних сигналов о неблагонадежности сотрудников, сбор предварительной информации для предотвращения угроз, связанных с человеческим фактором. Или же он мог бы заняться работой по взаимодействию нашего управления с региональными отделами КГБ, помогая наладить более эффективную связь и обмен информацией. Пожалуй, это было бы лучшим использованием его умения находить общий язык с людьми и выявлять скрытые проблемы, которые потом могут привести к крупным неприятностям.