Книга Телохранитель Генсека. Том 5, страница 100 – Петр Алмазный, Анджей Б., Юрий Шиляев

Именно ему Крючков поручил провести каталогизацию вековых секретов и обеспечить их безупречный перевод в новую штаб-квартиру. Насколько я помню, в прошлой моей реальности работа растянулась на двенадцать лет и закончится в восемьдесят четвертом. В аккурат перед выходом самого Митрохина на пенсию.

Пока же, в «альтернативном» семьдесят восьмом, горы протоколов, агентурных донесений и личных дел медленно, но верно покидали сердце Лубянки. Сам не однажды по средам наблюдал, как выносят металлические опечатанные ящики из здания и грузят их в машину.

Все было организовано правильно, но в этой системе имелся один сбой — сам Митрохин. Я не мог пройти мимо этого персонажа, так как в своей прошлой жизни, когда был Владимиром Гуляевым, много читал о нем. И просто статьи в интернете, и даже его книги, написанные в соавторстве с Кристофером Эндрю. Почему я не разобрался с этой «крысой» еще в семьдесят шестом? Просто-напросто потому, что имелись более приоритетные задачи, а Митрохин, хоть и продолжал делать свое грязное дело, не приносил особого вреда до самого развала Союза. В нынешней же реальности СССР устоит и продолжит существовать — в этом я уже не сомневался. Возможно, Митрохин в новых обстоятельствах никогда и не решится вывозить записи в Великобританию, как сделал это в 1992-м году. Но незачем проверять это предположение, если можно решить проблему превентивно. Кроме того, Митрохина я давно берег для «особого случая», и сейчас этот случай как раз наступил.

В своей прошлой жизни я видел фотографии этого архивиста. Самый обычный человек, глазу зацепиться не за что. Даже не знаю, можно ли назвать его шпионом уже сейчас? Пока у него нет выхода на иностранные спецслужбы и он даже не предпринимает никаких попыток по этому поводу. Тот же Адольф Толкачев, например, нашел способ связаться с американцами. Лично я считаю, что Митрохин психически не здоров. Ну не может нормальный человек из года в год копировать архивные дела, шифруя стенографические записи собственным уникальным кодом, разбавляя данные домыслами и фантазиями, и хранить все это в призрачной надежде на будущие дивиденды!

Остановившись в глухом углу коридора, я сказал ребятам:

— Задача такая, парни. На этой неделе капитан Митрохин, который отвечает за перевозку архива, работает здесь, на Лубянке. Следующую неделю он проведет в Ясенево, разбирая привезенный архив и микрофильмируя его. До среды у нас есть время. Андрей, если Митрохин во время обеденного перерыва вернется раньше, ты задержишь его любым способом. Но не вздумай его нечаянно «помять». Он не должен ничего заподозрить. Газиз, твоя задача — фотографировать.

Я отдал ему фотоаппарат и ключ от кабинета нашего архивариуса.

— Не трать время на лишние кадры, сфотографируй только стол, урну для бумаг и сами бумаги из урны. Главное — бумаги из урны. На столе ты у него вряд ли найдешь что-то интересное. Андрей, сможешь организовать Газизу достаточно времени?

— Да без проблем, — Соколов ухмыльнулся. — Газик, минут десять у тебя точно будет.

— Если Митрохин не пойдет на обед, то ты, Андрей, выманишь его из кабинета под любым предлогом. Только деликатно, не спугни ни в коем случае. Удачи! — пожелал им напоследок.

— А вы куда сейчас, Владимир Тимофеевич? — Газик почему-то решил, что я буду присутствовать при фотосъемке в кабинете Митрохина.