Книга Темные Пути, страница 5 – Сергей Удалин, Анджей Б.

Топот множества ног по каменным плитам подтвердил догадку: началось! Священник закончил проповедь, и сотни плебеев рванули к алтарю совершать обряд. Я лишь мельком взглянул в их сторону, но и этого хватило, чтобы почувствовать тошноту. Десятка три розовых самочьих задниц в мерцающем свете храмовых свеч казались ещё более рыхлыми, бесформенными и желеобразными, чем на самом деле. И к ним, как мошкара на свет, ломились, спотыкаясь и запутываясь в спущенных портках, потерявшие остатки и без того скудного ума безродные горожане.

Ничего божественного в этом зрелище я не разглядел. И еле успел выбраться наружу, чтобы не наблевать прямо в храме.

Минут через пять желудок очистился. Жаль, что нельзя так же облегчить свою память. Впрочем, есть одно средство, помогающее в любых неприятностях. И я буду не я, если к вечеру не напьюсь так, чтобы забыть не только мерзкую сцену в храме, но даже собственное имя.

Луфф

Я был пьян. Вдрызг, вдрабадан, до изнеможения. Ноги превратились в камень, а руки с завидным упорством разгребали придорожную пыль.

Я не помнил, зачем это делаю, но был твердо убежден в великой важности собственных действий. Может хотел зарыться поглубже, а может эти загадочные пассы имели какой-то сакральный смысл.

Как не узнали? Это же я — тупая невменяемая скотина, пытающаяся придать опухшей аристократической роже сосредоточенно-задумчивое выражение. Получалось плохо: дело портила идиотская ухмылка, никак не желавшая сползать с расплывающейся физиономии.

— Что-то потеряли? — молодой незнакомый голос донесся откуда-то сверху.

— М-м-м… — довольно лаконично ответил я и почему-то подрыгал левой ногой.

— Я говорю, ищете что-нибудь, сударь? — по-моему, в чужом голосе сквозила неприкрытая насмешка над моим расслабленным состоянием.

Что за наглец смеет приставать к культурно отдыхающему господину и отвлекать его от важного занятия?

— У-у-у… П-пшел с дороги, с…смерд! — гавкнул я, попытавшись изобразить искреннее возмущение.

Нечеловеческие усилия, приложенные, дабы узреть и наказать невидимого собеседника, пропали втуне. Тело отказывалось повиноваться, требуя лишь очистки желудка. На такие жертвы я пойти не мог — гулял ведь не для того, чтоб потом банально блевать.

И тут произошли сразу два весьма странных явления: в хмельном тумане, пред моим гневно пылающим взором, вырисовалась человеческая нога в щегольском замшевом сапожке; одновременно с этим я почувствовал, как чьи-то мерзкие ручонки расстегивают — вернее пытаются расстегнуть — мой драгоценнейший пояс. Он, конечно, как обычно, не поддавался, и злодей наверняка нервничал и очень злился. Я злорадно хихикнул, а потом вдруг дошло: нога и руки определенно связаны между собой… Черт! Это же сапог моего грабителя!

Страшно зарычав, я дернулся, изображая как будто бы отчаянный львиный прыжок. Две мои непослушные, но сильные руки крепко обхватили ненавистную ногу, и я проревел первое, что пришло в голову:

— Именем Короля, вы арестованы!

Издевательский смех был мне ответом. Ах, да! Какого, к черту, Короля? Уже лет сорок в городе правит Магистрат…

Казалось, небольшое усилие — и побежденный грабитель свалится в мои железные объятья.А там уж я покажу ему знаменитую хватку Луффа ди Кальтаре!

Ожидания мои, к сожалению, не оправдались. Вместо этого, опухшая от пьянства аристократическая рожа встретилась с чужой ногой в замшевом сапоге. Силы были не равны — бедная рожа уступила проклятой ноге и разлетелась под ее напором вдребезги. По крайней мере, мне так показалось…