Онлайн книга «СССР против НЛО»
|
— Это из-за меня всё, — проговорил здоровяк, потирая обеими руками лысую голову. — Простите. Надо было с ними бороться… А я вёл себя как полный ишак. Некоторая доля истины в его словах присутствовала, чего уж там. Вон, какие на его тайных амбициях взросли шерстяные красавчики. «Тщеславие это мой любимый грех», — недаром так говорил примечательный персонаж другой, не нашей кинокартины, от которой мои заокеанские коллеги, чьи бластеры обычно стилизованы под традиционные семизарядные кольты, тоже то и дело отгоняют желающих её утащить. — Да, исхудавшим ишаком тебя назвать трудно, — ухмыльнулся актёр Никулин, а за ним и много кто ещё. — Ладно, чего уж теперь. Отобьёмся. На фронте бывало и страшней. — Да они вон смотри какие, — хмуро проговорил актёр Моргунов. — Если вылезут, то изувечат тут всех. Тогда я посчитал нужным вмешаться в разговор и объяснить, что сущности эти, хоть они зубасты и свирепы видом, нападать на живых людей вроде как не должны. По крайней мере, раньше таких случаев зафиксировано не было. Правда, до этого они и такими громадными никогда не вымахивали — я слышал только, как рассказывали о выросших размерами с индюков, и то это преподносилось как ого-го какая диковина. Но об этом я здесь предпочёл не упоминать. Тут седой осветительский дядька сказал: «Внимание», и время разговоров прошло. Снова рванулись вперёд потусторонние летающие медведи, и невидимая, а местами уже и видимая преграда между нами и ними затрещала от ударов их клыкастых и кудлатых голов. И местами преграда эта поддалась, проломилась. Но в ответ сказали своё слово бластеры-автоматы, прибывшие со мной из будущего и теперь сжимаемые верными руками. И прибывшие изнутри актёра Моргунова, а ещё раньше — из неведомых тёмных подпространств, зубастые монстры завизжали под напором бьющих в них прицельных ионных струй. И опять отступили. Эта промежуточная победа была делом правильным. Но и число зарядов в бластерах было ограничено, а вот злости и напора в потусторонних чудищах, казалось, хватит надолго. Отбиваться бесконечно, понятно, не получится. Поэтому я, поддерживая структуру Куба остатками своей персональной энергии и помогая побыстрее латать пробоины, параллельно готовил кое-что ещё. А чудища, проведя очередную яростную атаку, отступили для перегруппировки. Видимо, битьё головами в стену даже для них оказалось занятием слишком энергозатратным. И они зароились в центре своего пространства, злобно сверкая глазищами и глухо ворча. Эти паузы были для нас очень кстати. Они давали перевести дух. А заодно появлялась минутка для коротких, но душевных разговоров. — Юрий Владимирович, — тихо и задумчиво проговорил режиссёр Гайдай. — Юра… Ты понимаешь, что всё это значит? Он указал на стену, за которой роились мохнатые чудища, отдыхая перед своим следующим броском. — Что нас скоро сожрут? — усмехнулся актёр Никулин. Сказал он это спокойно, без страха. Но я всё равно посчитал нужным повторить, что на людей эти сущности нападать не станут. По крайней мере, физической оболочке они не повредят, никого не разорвут на части и никуда не утащат. Утащить они могут другое: чей-то талант, идеи, замыслы… — И останется одна пустая оболочка, — прошептал актёр Георгий Вицин. — Нет, живым я им не дамся. Режиссёр Гайдай этих слов не услышал или, скорее, погружённый в свои мысли, не обратил на них внимания. |