Книга Резидент КГБ. Том 2, страница 107 – Петр Алмазный, Лев Светлов

Но это всё я решил приберечь на попозже. Пусть поговорит. Было заметно, что ему не терпится к этому приступить.

— Рональд предупреждал меня, что ты можешь снова появиться здесь, у меня, — сказал Карло Карбонара, присаживаясь на край стола. — Я, признаться, ему не поверил. И вот, надо же…

Он закивал, по-вороньи клюя носом воздух.

— Но ты оказался не так страшен, как рассказывали. Вот, дал себя обезоружить.

Карло блеснул глазами и оскалил зубы в ухмылке, довольный собой. Он думал, что я нахожусь в полной его власти. И пусть думает дальше. Это было очень правильное заблуждение.

— Генерал Томазо рассказал тебе про меня, — проговорил Карло, как бы не задавая вопрос, а скорее размышляя вслух. — Я знал, что он ненадёжен. Мы собирались его отстранить, жаль, не успели… Кстати, где он сейчас?

Вооружённый человек в халате взметнул брови и уставил в меня проницательный, как ему казалось, взгляд.

— Говорят, отдыхает где-то на юге, — усмехнулся я.

Карло Карбонара помолчал, о чём-то раздумывая.

— Ничего, ты ещё расскажешь всё, что знаешь, — пообещал он, сверкнув недобрыми глазками.

Оттолкнувшись от стола, Карло заходил по пропахшему табаком кабинету. Его кожаные тапочки поскрипывали при ходьбе. Я следил за его движениями. Когда он решит, что пришла пора звонить по телефону, мне придётся действовать.

— Расскажешь, расскажешь, — продолжал он. — А ещё… Ты, как я знаю, очень хочешь отыскать и спасти премьер-министра Моро. Твоё стремление понятно. И оно говорит о том, что мы всё делаем правильно. Так вот, твоё желание сбудется: Моро ты увидишь.

Хозяин кабинета подмигнул и рассмеялся своим каркающим неприятным смехом.

Мне стало вполне понятно, что он имеет в виду. Они собирались действовать по старому плану, со мной в роли убитого террориста. Всё будет выглядеть так. Доблестная полиция обнаружила место, где преступники прятали похищенного премьера. Начала операцию по его освобождению. Но один из злодеев, русский шпион из КГБ, успел Моро застрелить. И тут же был убит и сам. Не зря же сказано: чем чудовищнее ложь, тем больше вероятность, что в неё поверят. А после такого злодеяния и ядерные ракеты на Сицилии не покажутся чем-то чрезмерным — конечно же, для защиты от угрозы с востока.

— А вы не боитесь, что вас и самого могут списать в расход? — поинтересовался я. — Как того же генерала Томазо? Вы-то знаете намного больше, чем он.

Карло Карбонара посмотрел на меня с изумлением. Волосы у него на затылке встопорщились, словно птичьи перья. Видимо, такая постановка вопроса до сих пор не приходила ему в голову. Закончив изумляться, мой собеседник начал смеяться.

Хохотал он, кажется, искренне. Считал себя центром происходящего, пауком на паутине. Кукловодом. Отчасти так оно и было. Но политика это такая штука, где над малыми кукловодами стоят свои кукловоды, покрупнее. Людям свойственно переоценивать свою значимость. Они не всегда чувствуют момент, когда из ключевой фигуры превращаются в свидетеля, который слишком много знает.

Хозяин поместья стоял у широкого дубового стола на фоне своего зигующего портрета. Он продолжал посмеиваться. За его спиной в окно лился солнечный свет. Вдали, за поросшими кустарником холмами, темнела полоса хвойного леса. В кустах что-то блестело, пуская в окно солнечных зайцев.