Книга Резидент КГБ. Том 2, страница 100 – Петр Алмазный, Лев Светлов

Теперь я слушал откровения генерала Томазо — и понимал, какую информационную бомбу заполучил. Одной той папки, что я добыл в бункере, хватило бы, чтобы взять за жабры половину итальянской политической верхушки. Но оказалось, что одной Италией дело отнюдь не ограничивается. Американцы нашпиговали своими секретными бункерами и складами всю натовскую Европу. А заодно прихватили пару-тройку якобы нейтральных государств.

Генерал Томазо, как главный по итальянскому сектору операции, участвовал в тайных встречах со своими коллегами, которые проводило ЦРУ. Поэтому он знал, о чём говорил. Можно даже сказать, что говорил не он сам. В нём говорили злость и обида — на тех, кто решил от него избавиться.

Оружие и техника на законсервированных базах предназначались, понятное дело, на случай советского вторжения. Развёртыванием складов операция не ограничивалась. Что толку от оружия, если из него некому будет стрелять. И американцы через своих доверенных агентов в правительствах европейских стран навербовали себе целые армии. Туда входили те, для кого ненависть к коммунистам и к левому движению в целом стояла выше, чем суверенитет своей страны. В пятидесятых и начале шестидесятых ЦРУ не гнушалось брать на службу тех, кто в войну служил у фашистов. Какая, мол, разница — лишь бы ненавидели СССР. Потом у этих недобитков подросла «достойная» смена.

Если есть оружие и готовые на многое бойцы, то велик соблазн использовать их, даже если никаким советским вторжением и не пахнет. И их использовали: для нагнетания напряжённости в обществе, для террора, для убийства политических оппонентов. Такое уже было и в самой Италии. Теперь, со слов генерала, оно грозило повториться. Мне предстояло этому помешать.

Но и предыдущая тема тоже никуда не ушла.

— А где прячут премьер-министра Моро, вы знаете? — спросил я генерала, когда поток его откровений об операции «Гладио» немного иссяк.

Генерал Томазо нахмурился и повёл подбородком.

— Вот этого не знаю. Но кто может знать, представляю.

С генералом Томазо всё получилось более чем удачно. Теперь он, что называется, перешёл на светлую сторону. Вряд ли, конечно, им двигали благородные мотивы. Но это было и неважно. Главное — он был готов выступить свидетелем в разоблачении гигантского заговора. Поднявшаяся волна будет способна снести проамериканские правительства в нескольких странах Западной Европы. И если генерал сделает это только потому, что рассержен и уязвлён тем, как с ним поступили — да без разницы, лишь бы говорил.

Так что в этом направлении всё продвигалось успешно, и успех этот нужно было развивать.

Но в мыслях у меня занозой сидело другое. Приказ из Центра о том, чтобы бросить похищенного премьер-министра Моро на произвол террористов, не вмешиваться и поиски не производить. Что это значило?

Когда в своей «прошлой» жизни, в будущем, я читал и писал о деле Альдо Моро, то видел разные версии произошедшего. По одной из них, произошедшее было чуть ли не договорняком между ЦРУ и КГБ. Моро, мол, своими инициативами был неудобен всем. И советская разведка, когда похищение произошло, просто не стала вмешиваться. Подкреплялась это версия двумя аргументами. Во-первых, в ЦК КПСС якобы считали, что сотрудничество коммунистических партий западных стран с их капиталистическими правительствами недопустимо. Это, мол, дискредитирует коммунистов перед их сторонниками. Любой компромисс здесь — это предательство идеи мировой революции.