Онлайн книга «По прочтении сжечь»
|
– Судя по всему, вы… – Уайт улыбнулся и поднял бокальчик, решительный противник войны. Ивасэ кивнул головой. – Нас разделяет огромный океан, и если начнется война – она завяжется в основном на море. Это будет очень длительная, дорогостоящая война, и она ни к чему не приведет. Бессмысленная война. – Японец сделал несколько маленьких глотков и, поставив бокальчик на стол, быстро заговорил: – В ближайшие дни немцы ворвутся в Москву; их танки примерно в тридцати километрах от ворот Кремля. Уже началось повальное бегство жителей из Москвы. Пейдж спросил: – Если падет Москва, вы, наверное, ударите с Востока? – В Сибири удобнее воевать, там суша, а не океан, – сказал Ивасэ и хихикнул. Бармен включил электрическую пианолу – джаз исполнял танго, пела японка. Ивасэ закрыл глаза и стал покачиваться на стуле в такт музыке. Потом вынул платок и вытер уголки глаз. Уайт сделал Пейджу знак глазами и показал пальцем на ручные часы. Пейдж подозвал кельнера и расплатился с ним, решительно отводя руку японца. – Вы наш гость, – сказал Пейдж, – а когда мы будем в Токио, вы нас угостите коктейлем из ваших саке. Они попрощались с японцем и вышли на улицу. Моросил холодный дождь, смешанный со снегом. Они вернулись в бюро вовремя. Из отдела Сэффорда принесли самую последнюю «магию». Уайт перевел ее. «Из Токио, от министра иностранных дел В Вашингтон послу № 867 1. Все шифры, имеющиеся в Вашем посольстве, подлежат сожжению, за исключением того, который используется для шифровальной машинки, шифра «О» (ОИТЕ) и списка условных сокращений «Эл». Все остальные шифры подлежат уничтожению. 2. Немедленно прекратить пользование одной из шифровальных машинок и уничтожить ее. 3. По осуществлении указанных выше мер надлежит прислать условную телеграмму «Харуна». 4. Уничтожить все копии входящих и исходящих телеграмм и все прочие секретные документы в момент, который вы найдете подходящим, и способом, избранным по Вашему усмотрению. 5. Уничтожить все шифры, которые привез секретарь-шифровальщик Косака. Поэтому отныне отпадает необходимость в поддержании связи с Мехико, о чем говорилось в директиве № 860.» – Донахью приезжал? – спросил Уайт у Камберленда. Камберленд открыл глаза и ответил сонным голосом: – Капитан-лейтенант Донахью звонил и просил позвонить ему домой, когда будет перевод… Я ему стал передавать содержание, но он положил трубку… Пейдж беззвучно рассмеялся: – Не положил трубку, а выронил. Он не привык к темпу вашей речи и заснул. Уайт позвонил Донахью: – Это я, Уолт. Имеется интересная штучка. – Насчет ветра? – быстро спросил Донахью. – Связана с ветром, но только не с тем, которого ты ждешь. Приедешь? Донахью явился спустя минут сорок. От него пахло вином и женскими духами. Прочитав телеграмму, он зевнул и пожал плечами. – Очевидно, одна из машинок испортилась, и пришлют новую. Посмотрим, что будет дальше. – По-твоему, снова ничего особенного? – спросил Уайт. – Директива о сожжении шифров и прочих секретных документов тебя не волнует? – Речь идет об уничтожении старых шифров и бумаг. Такие аутодафе устраиваются время от времени в любом учреждении. А шифровальная машинка остается, и «магия» будет поступать по-прежнему. И шифры «О» и «Эл» остаются в силе. Поэтому я не волнуюсь. – Увидев, что Уайт хочет что-то сказать, Донахью поднял руку. – К твоему сведению, наша радиоразведка на Гуаме перехватила сегодня японскую радиограмму, из которой явствует, что весь объединенный флот Японии находится во Внутреннем море и в порту Саэги. А от нашего морского атташе в Токио получено сообщение о том, что командующий военно-морской базой в Иокосука разрешил увольнение на берег матросам и офицерам кораблей и они толпами шляются по улицам Токио и Иокогамы. Затем самый большой лайнер Японии «Тацута-мару» направился сегодня в Америку. Все это говорит о том, что рано поднимать панику. – Он повернулся к Пейджу и Камберленду. – Не волнуйтесь, мальчики, наверху все видят и все знают. Начальству с капитанского мостика виднее, чем вам из трюма. Спокойной ночи. |