Книга Очень (с)нежный помощник, страница 27 – Саша Кей

Сейчас еще окажется, что он распускает обо мне грязные слухи.

— Самого Казанцева вполне достаточно. И как ты вляпалась-то, котенок? — недоумение Андрея меня задевает.

— Ну вас же не было! — огрызаюсь я, Градов предпочитает игнорировать сарказм в моем голосе.

— Ну да. Аргумент. Но ты не переживай, Казанцев и твои положительные стороны отметил.

— Это какие? — напрягаюсь я.

— Говорит, секс слишком любишь и, вообще, озабоченная.

У меня открывается рот. Это что? Стас-пидорас обсуждал меня с посторонним мужиком, да еще и на работе? Вот принцесса-ебанесса!

— Какого спрашивается, он об этом заговорил?

— Я технично подвел его к этом теме, — признается Андрей. —Очень хотелось узнать, как он профакапил такую горячую штучку. Честно говоря, не думал, что он начнет ныть. Каюсь, не сдержался…

— Что значит «не сдержался»? — навостряю я ушки.

— Не переживай, к концу новогодних следов не останется, если только бледно-желтые.

А вот за это Градову спасибо. Нет, он, конечно, тоже козлина, что узнавал такие интимные вещи, но за то, что прописал товарищу в табло, а я надеюсь, что именно туда, я благодарна.

— И как же вы объяснили ему, зачем вы устраиваете этот спектакль?

— А я должен ему что-то объяснять? — поднял брови Андрей.

Я засекаю в окно, что Юбилейная остается позади, и меня пробирают мурашки. Градов и мне заговорил зубы, и я проморгала момент, когда своим ходом могла еще добраться до Ленки. А теперь это тот еще квест.

Ладно. Не советское же время. Рыночная экономика рулит. Такси ходят всю новогоднюю ночь. Пусть и за конкий ценник, но заберут меня из логова разврата…

— Андрей Георгиевич, — облизываю я губы. — Повеселились, и хватит. Мне, правда, пора. Я догадываюсь, что у вас нет желания поворачивать обратно. Я сейчас вызову такси. Оно как раз подъедет к нашему прибытию…

— Танюш, — с тяжелым вздохом как маленькой говорит Градов, — я все решил. И будет проще всем, если ты сделаешь то, что хочешь…

— Я хочу уехать!

— Упрямишься, да? Ну ладно.

И Андрей сворачивает на обочину дороги ведущей в поселок, включает аварийку и, отстегнув ремень безопасности, поворачивается ко мне:

— Сейчас проведем тест.

Э? Что? Какой тест?

Пока соображаю, куда это завернул наш разговор, Градов притягивает меня к себе и без объявления войны целует.

И делает это очень качественно.

Жарко, нагло, безапелляционно, властно.

То есть никаких ласковых касаний, его язык сразу вторгается в мой рот, отбирая дыхание, и голова начинает кружиться, вкус виски смешивается со вкусом Андрея, который пьянит не хуже алкоголя, нагоняя воспоминаний о вчерашнем грехе.

Его губы сминают мои, объясняя, что правила игры прежние: безропотно подчиняться. И мне безумно хочется отдаться этой похоти, развязать себе руки. Ну хоть раз в жизни. Прочувствовать то, чем хвастает Корниенко.

Черт побери этого Градова! Может, если бы это был кто-то другой, не тот, кто уже доводил меня до оргазма, моя реакция не была бы такой сногсшибательной.

Но это был Андрей, и он знает, что делает.

Этот поцелуй — даже не соблазнение, это антигуманное склонение к разврату.

Нет, больше!

Это уже сам разврат.

В парах виски поостывшие с утра угли неутоленного желания, разгораются мгновенно. Я не могу не ответить на этот поцелуй, и это становится фатальной ошибкой.