Книга Отказ не принимается, страница 26 – Саша Кей

Я припоминаю, что Виктор об этом упоминал, когда мы торопились к Эстель, но мне все равно не спокойно.

— Надо вызвать диспетчера, — сглатываю я.

Третий этаж — это, конечно, не одиннадцатый, но, если кабина сорвется в шахту, мне и этого хватит… Понимаю, что страх, скорее всего, беспочвенный, но ничего поделать с собой не могу.

Я дергаюсь в сторону панели управления, но Воронцов удерживает меня.

— Обязательно вызовем, как только я донесу до тебя свои потребности подробнее.

— Убегать от выгодного работодателя — странное поведение для соискателя, — Воронцов почти не оставляет между нами воздуха.

Кажется, вдохни я поглубже и коснусь грудью его рубашки.

— Преследовать невыгодного соискателя — очень странное поведение для работодателя, — парирую я и нервно требую: — Вызовите диспетчера.

Виктор склоняется ко мне слишком близко.

Его губы в нескольких миллиметрах от моих.

А я не могу его даже оттолкнуть. В этом случае или куртка, или сумка у меня выпадет прямо на натоптанный пол лифта.

— Я не договорил, — игнорирует мои требования этот несносный наглец.

— Не интересует!

Мне все неуютнее в остановившемся лифте. И я не до конца понимаю, что нервирует меня больше: поломка или тот, с кем я застряла.

— Уверена? — приподнимает Виктор идеальную брось. — Но я все равно продолжу.

Я стискиваю зубы. Похоже, в этом весь Воронцов. Не хотите слушать? Не мои проблемы. Я все равно выскажусь. Барин, блин.

Бесполезно прожигать его взглядом. Огнеупорный.

Наглый. Самовлюбленный. Невыносимый.

В подтверждение моего мнения о нем, вторая рука Виктора упирается в стенку лифта возле моей талии, и я оказываюсь заперта в ловушке этих почти объятий.

— Так вот, — голос Воронцова становится ниже. — Должность аудитора ты получишь, если проведешь неделю в моем коттедже…

Запах его парфюма обволакивает. Кругом он.

Заслоняет собой все.

Даже не прикасаясь, давит аурой.

— У меня на носу важная командировка, — кажется, Виктор все же решает распустить руки.

Я чувствую, как он трогает мой пучок.

Что он де…

Он вынимает шпильки!

А я не могу даже дернуть головой, я прижата к стенке лифта!

Через несколько секунд коса, которую удерживали шпильки, размотавшись, падает мне на плечо.

— Я обещал провести это время с Эстель, но не могу сдержать слово. Форс-мажор. Поэтому она получит тебя. В качестве моих извинений, — он поглаживает мою косу, постепенно забираясь все выше к ее основанию, и, в конце концов, запускает пальцы под волосы на затылке.

Это так приятно, что я даже не нахожу в себе сил возмутиться его бессовестными словами.

Массирующие движения почти вводят меня в транс.

И вовсе не потому, что мне нравится Воронцов.

Просто голова всегда устает от тяжести пучка…

— Не упирайся,Варвара. Я же вижу, тебе нравится… Тиль.

Это звучит очень двусмысленно, он явно имеет в виду вовсе не дочь.

— Я в любом случае не могу, у меня ребенок, — выговариваю почему-то шепотом, но нахожу в себе силы подколоть Виктора: — Хотя, конечно, ваше отсутствие на горизонте делает предложение более привлекательным.

Губы Воронцова кривятся, но он продолжает ласкать пальцами затылок, отчего у меня бегут мурашки по шее.

Отросшая челка выбивается из ослабленного пучка, и несколько прядей падает мне на лицо. Дыхание Виктора их шевелит.

Запредельная интимность, сбивающая меня с рациональных мыслей.