Книга Недотрога для тирана, страница 9 – Саша Кей

— А другие варианты есть? — жалобно спрашиваю я.

— Какая вам разница в чем сидеть за рулем, — отмахивается Юдин.

— Я не на колесах, — несчастно отвечаю я. — И в такси садиться в простыне тоже не очень хочу…

— Ну, — коварно улыбается мне Михаил, —еще один вариант все-таки есть.

Он тянется куда-то себе за спину и подцепляет что-то висящее на стуле. Подавая мне тканевый ком, Юдин не перестает подозрительно сиять улыбкой.

Забрав у него из рук нечто и развернув его, понимаю, что это комбинезон. Обычный строительный комбинезон. Повертев его и так и эдак, не нахожу никакого подвоха. Не рваный. Даже чистый. Немного мятый, но не в моей ситуации выделываться.

На мой вопросительный взгляд Юдин делает невинное лицо.

— Помощница мне заказывала, с размером не угадала. Вам тоже велик будет, но другого совсем ничего нет. Или простыня. Я подожду за дверью.

Он выходит, и мне мерещится, что Михаил там ржет.

Смирившись, я стягиваю с себя тяжеленное, набрякшее от воды платье, которое, вырвавшись из рук, со смачным шлепком падает на пол. Черт, теперь еще и серые разводы на нем.

Обтеревшись предложенной простыней, я проскальзываю в действительно просторный для меня комбез. И только тут понимаю масштаб Юдинской подлости.

У меня внутри все закипает.

А самое главное, я не представляю, как напялить теперь мокрое слипшееся платье обратно. Наверное, это сделать реально, но твою ж мать!

Не страшно, что штанины слишком длинные, да и комбез в поясе мне тоже широк. Это вполне естественно. Совсем не это вызывает у меня бурю эмоций.

То, что я приняла за переднюю грудную планку классического полукомбеза, к которому пристегиваются лямки, оказывается высоким поясом для крепления разгрузки с инструментами! И он заканчивается у меня аккурат под грудью!

Хорошо еще, что я не додумываюсь снять бюстгальтер, хотя мысль такая мелькает. Мокрый бюстик трет швами и вообще раздражает.

Будь я любителем комфортного спортивного белья, все бы выглядело не так похабно. Но я ношу женственные непрактичные вещички, справедливо полагая, что главное, чтобы они мне настроение поднимали, но, судя по всему, сегодня они будут поднимать кому-то кое-что еще.

Прямо сейчас я выгляжу как нечто среднее между жертвой домашнего насилия и героиней порнофильма про девушку-сантехника.

Сердито сопя, я чуть-чуть приоткрываю дверь и просовываю в щель голову.

Юдин, сложив руки на груди, стоит, прислонившись к стене напротив, и ждет моего появления. На его лице откровенное предвкушение. Только попкорна не хватает.

Он серьезно думает, что я к нему выйду в таком виде? У него ничего не слипнется?

— Отдайте футболку, — требую я, указывая глазами на требуемое, висящее у него на плече.

— А вот это уже наглость, — ухмыляется Юдин. — Вы злоупотребляете моей щедростью. Полотенце, простынь, комбинезон… Теперь вам и моя футболка вам понадобилась?

— Именно, — поджимаю губы.

Очень хочется таки двинуть Юдину в челюсть.

— Нет, — нагло отвечает он.

У меня дар речи пропадает. Я хватаю ртом воздух, а Михаил смотрит на это с наслаждением.

— Я не могу сесть за руль без майки меня остановят, — называет он причину.

— А я в такси без майки сесть могу? — сверлю я его взглядом, надеясь пробудить совесть. — Будьте джентльменом, пожертвуйте даме в беде свою футболку.

— Я побуду джентльменом и отвезу голую даму домой, — продолжает меня нервировать этот тип.