Книга Искушение для грешника, страница 3 – Саша Кей

Прекрасно! Вот мы и почти познакомились! Да, мужик, забери своего друга, а то он мне футболку слюной закапает!

— Макс, я здесь. Нашел тут кое-что интересное, — отзывается эта бессовестная зараза с перебитым носом.

— А ну отпусти, — пытаюсь я пнуть его в голень.

— Ну уж нет! — Раевский делает нарочито испуганные глаза. — Я тебя сейчас отпущу, а ты на меня кинешься! Вам, женщинам, только одного и надо. А я не такой!

— Что? — он выбивает меня из колеи. Я просто обалдеваю от подобного заявления.

— Вот ты где, — из-за угла выворачивает еще один громила модельной внешности. Но типаж другой… Этого бы в заснеженные горы…

Брезгливо отряхнув джинсы от строительной пыли, видимо, тот самый Макс переводит взгляд на нашу композицию. А я замираю. Смелая-то я смелая. Но два огромных мужика на хрупкую меня…

— Опять кого-то подобрал, — вздыхает он.

— Тебе грех жаловаться, — смеется Раевский.

— Любишь ты баб по темным углам собирать, — ворчит его приятель, никак не реагируя на то, что я всем своим видом демонстрирую желание покинуть их теплую компанию.

— Эта сама на меня бросилась, — ябедничает Раевский. — Но в этот раз я тут был первый, так что эта — моя.

— Да забирай, — легко отказывается второй.

По мере развития этого диалога мое лицо вытягивается все сильнее.

Совсем модельки охренели!

— Так. Поржали и хватит, — командую я, чем вызываю насмешливый взгляд Раевского. — Я опаздываю к главреду, отпусти!

— Олег, я тебя в машине подожду, — со смешком говорит Раевскому Макс и, аккуратно переступая мусор, оставляет меня наедине с этим типом.

А этот, который Олег, окинув меня взглядом еще раз, снова притягивает меня к себе.

— Ты что творишь? — шиплю я.

Ух, я прям добьюсь, чтоб его съемки мне отдали. Я так оторвусь, он сто раз пожалеет, что позволил себе распускать руки!

— А на что это похоже, рыжая? — усмехается он, приподнимая мое лицо за подбородок.

Да нет! Он же не станет…

Еще как стал.

Когда он прижимается ко мне губами, я еще не верю в такую наглость, но секунду спустя, поверить приходится.

Меня целуют сразу по-взрослому.

Ошеломленная, я пропускаю атаку противника и понимаю почти сразу, что это сражение проиграно.

Этот поцелуй не оставляет ни шанса. Раевский словно берет меня через поцелуй. Это уже почти секс. Обещание того, что меня ждет. Все сливается в один сплошной полет, лишь краем сознания я замечаю, как он кладет руку мне на затылок, а той, что на пояснице, прижимает меня к паху сильнее. Он беззастенчиво трется об меня внушительной выпуклостью, и в месте соприкосновения зажигается огонь, пламя которого неуклонно начинает захватывать мое тело.

Раевский словно осьминог, я только что чувствовала его ладонь в заднем кармане своих джинсов, сминающую мою попку, а она уже тискает мою грудь и сквозь футболку пощипывает соски.

Пытаюсь стряхнуть с себя наваждение, но этот мерзавец словно знает карту моего тела и переключается на шею, целует бьющуюся венку, шумно дышит в ухо, рассылая мурашки.

Его горячая рука проскальзывает под футболку и смело ложится на грудь.

— Мне нравится твое стремление к свободе, — его смешок намекает на то, что я сегодня без бюстгальтера.

Не успеваю ничего ответить, потому что его губы снова накрывают мои.

Трезвею, только когда слышу свой тихий стон.

Пользуясь расслабленностью Раевского, я отскакиваю от него, тяжело дыша.