Книга Его строптивая малышка, страница 92 – Саша Кей

Мне трудно скрыть раздражение. Все эти загадки интересны, когда ты читаешь книжку или смотришь фильма, а когда это происходит в твоей жизни, и от скорости решения зависит, кто придет к финишу первым, неясности только нервируют.

— Ты просила меня подумать, не помню ли я чего-то, что могло бы навести нас на след. И знаешь, кажется, кое-что действительно врезалось мне в память. Не знаю, насколько это то, что нам нужно, но можно попробовать поразмышлять в этом направлении.

— Что ты имеешь в виду? — ну может хоть у Ви есть путная идея, откуда начинать поиски папиного наследства.

— Мне было восемь, это где-то за год до смерти отца. Тебе, значит, лет четырнадцать стукнуло. Папа тогда много с тобой занимался математикой, вы долбили что-то сверх школьной программы, а я у вас под боком читала книжки. Даже тогда я обращала на это внимание, но не придавала значения. Он очень часто повторял эту фразу, по нескольку раз за занятие. Припоминаешь?

Я сижу с остекленелым взглядом. Эту фразу я помню очень хорошо. Тогда я даже бесилась, настолько она мне надоела, потому что отец повторял ее к месту и не к месту.

Неужели это и есть кончик нитки из клубка?

Чтобы проверить теорию Ви, нужно вернуться в свою квартиру.

Думаю, будет правильно сделать это вместе с сестрой. Вот по дороге из аэропорта и заедем.

И вроде решение принято, а мысли все время возвращаются к воспоминаниям из прошлого: неужели отец уже тогда пытался вложить мне в голову нужную информацию? Доверить такие важные вещи девчонке, стенающей от алгебры, в мозгах у которой сплошные тряпки и мальчики? Это уже после смерти отца я взялась за ум, а тогда я была классическим подростком со всеми полагающимися взбрыками и капризами.

Я вспоминаю и думаю, думаю и вспоминаю. Уже распрощались с Шаховым, обменявшись с ним контактами, Гордеев даже проводил нас до машины, и мы выдвинулись домой, а я все размышляю над тем, что папа на меня надеялся.

— Ты сестре позвонила по поводу досрочного возвращения? — пытается привлечь мое внимание Данил. Выглядит он усталым, к своему стыду, я даже не обращала внимания на суть его переговоров «без галстуков», но судя по всему они были не из легких. Он устало откидывается на спинку сиденья и растирает шею.

— Да, — задумчиво отвечаю я. — Она сегодня отпишется по дате и времени прилета. Хочу ее встретить.

Староверов согласно кивает.

— Ты какая-то пришибленная, — вопрос, завернутый в констатацию факта.

— Мысль идет, — может, не достаточно развернуто, но этого Данилу хватает, чтобы от меня отстать. Удобно, когда человек понимает важность концентрации.

Он меня не трогает до самого возвращения домой. Но даже у такого золотого в этом отношении Староверова после ужина кончается терпение. Как оказывается, я, полностью погруженная в свои размышления, три раза проигнорировала задаваемые мне вопросы.

Анна приготовила для меня морковный тортик, потому что, глядя на мои круги под глазами, решила, будто это Данил меня уморил. Меня так и тянуло сказать, что он меня буквально заездил. Если вы понимаете, о чем я. И расправившись с десертом, я отправляюсь к себе в комнату.

— Куда это ты? — останавливает меня Староверов.

— К себе в спальню, — пожимаю плечами.

— А зачем? — допытывается он.

— Как это зачем? — недоумеваю я. — Хотела отдохнуть.