Книга Его строптивая малышка, страница 84 – Саша Кей

— Разрешите обратиться, товарищ майор… Ах, — я закусываю губу, потому что Данил продолжает инспекцию в главной ставке, пальцами потирая клитор.

— Разрешаю, — старший по званию забирается между припухших срамных губ и продолжает дразнить изнывающую капитана Долецкую.

— Я прошу рассмотреть возможность применения команды «вольно»…

— Не тогда, когда я проверяю ваши тылы, капитан, — Староверов ласкает напряженное колечко, слегка его разминая. — Еще вопросы?

— Никак нет, товарищ майор!

Какие уж тут вопросы, когда долгожданное проникновение наконец случается и вытесняет из моей головы все связные мысли вообще!

Если соседи уже собираются спать, то их ждет разочарование. Надеюсь, в гостинице все же хорошая звукоизоляция.

Второй раз для меня проходит как-то острее. Так хорошо мне не было, даже в ту ночь. Мне нравится абсолютно все. Все так, как надо. И руки, ласкающие меня, и губы целующие чувствительные местечки, и шепот Данила мне на ухо, будоражащий и вызывающий дополнительное волнение… И, когда для меня все заканчивается, я испытываю сожаление, очень хочется продлить эти ощущения, но у всего есть предел, и мое тело обмякает после бурного оргазма.

Впрочем, кое-кто во мне по-прежнему тверд, и, пользуясь моей расслабленностью, он таки форсирует мои тылы, которые не прекращал ласкать.

Я лишь сладко постанываю, позволяя погружаться в меня.

— У меня возникли сомнения в том, что нарушение не повторится, — хмыкает Староверов, падая рядом со мной на влажные простыни.

— Откуда такое недоверие, товарищ майор? — заплетающимся языком спрашиваю я.

— Есть стойкое ощущение, что капитан Долецкая не возражает против повторного взыскания.

— Прямо сейчас капитан Долецкая умирает от жажды, — открещиваюсь я. — У нас нет с собой рядового? Твоя дедовщина, майор, вызывает у меня приступ зависти, хочу тоже кого-нибудь поэксплуатировать.

Я получаю звонкий шлепок по попе.

— Мои методы ты применять не можешь. Перечитай дополнения к должностной инструкции. Считай, это твой устав, капитан.

Вздохнув тянусь к мини-холодильнику, стоящему недалеко от кровати, и добываю себе минералки.

— А мне? — возмущается Староверов.

— Сам бери, — ворчу я. — Этот марш-бросок выбил меня из сил.

Ставя под недовольное сопение Данилапустую бутылочку на холодильник, вижу, что мой мобильник, лежащий на нем, мигает мне индикаторами. Непослушными пальцами подтягиваю к себе телефон.

— Вот, значит, как, — фыркает Староверов и поднимается с постели.

— Знай, я восхищена твоей выносливостью, и горжусь, что служила под твоим… э… началом, — подлизываюсь я, провожая взглядом то самое начало, которое даже не в боевом виде вполне способно внушить трепет.

От моей двусмысленности Данил даже давится, обливаясь водой.

Вот так его надо нарисовать. Нарисовать и никому не показывать.

Кстати, что там у нас показывают?

А показывают всего лишь непрочитанные письма от «Лютика».

— Что-то важное? — интересуется Данил, вытирая капли минералки с груди.

— Понятия не имею. Я же еще не читала отчеты детективов. Может, я на правах любовницы сачкану и не буду читать, а ты мне все расскажешь? — заодно и я задам тебе парочку вопросов, которые возникли у меня на сегодняшней встрече с Гордеевым.

— Как у любовницы, у тебя совсем другие привилегии. К тому же, я считаю, что эти отчеты тебе стоит прочитать и составить свое мнение. Любопытно будет узнать, можешь ли ты их чем-то дополнить.