Книга Идеал, страница 3 – Катя Костина

А теперь внимание вопрос. Зачемя подошла и толкнула его в затылок рукой, да так сильно, что он по самые уши впечатался в крем? Вот и я не знаю!

Не нашла ничего умнее, чем дождаться пока он с громким чавком покинет торт, посмотрит на меня охреневшим взглядом и моргнет. «Красивые лучистые голубые глаза», вдруг подумалось мне. Только в эту секунду осознала ломануть оттуда со всей дури, которую позволяли высокие каблуки и уставшие ноги вместе со своей покупкой.

Совершенно не опознаваемый мужик в розовом креме орал как бешеный и крыл меня отборными матами, да так, что уши вяли. То, что он не сразу кинулся следом, а сначала посмотрел на меня и с усилием моргнул, пытаясь убрать налипший на лицо крем, но я была быстрее и запрыгнула в практически отъезжающий автобус, собственно, меня и спасло. По факту я убежала исключительно на адреналине и создавшейся форе в несколько секунд.

Всю дорогу меня нещадно трясло, и я представляла, как буду закопана под деревом, где-нибудь в ближайшем леске, предварительно капитально изнасилованной.

Это в моих мыслях о собственном убийстве, почему-то всегда присутствовало обязательно.

Мне настолько было страшно, что даже поедание торта не принесло удовлетворения. Естественно, я обо всем рассказала офигевшей от меня подруге.

— Ника, да успокойся ты, ну как он тебя найдет в таком большом городе? Ну сама подумай! — Ленка ржала как укушенный в задницу осел и усердно наяривала торт, пока я трясущимися руками разливала чай по кружкам, столу и полу.

— Лена, я даже не знаю зачем я это сделала, понимаешь? — нервно вытираю я разлитый чай.

— Ну ты, конечно, выдала коней мать, но я тебя уверяю, он тебя не найдет. Это невозможно! Как? По камерам? Да мы же не в Китае, где на каждом свободном месте, где нет жопы китайца имеется камера. Да и кто ему доступ даст, если он не мент.

Резон в ее словах был. Только жуткое чувство, что мужик это так не оставит, не проходило. Еще бы, ему крем за шиворот нападал. Б-р-р.

На практику я собиралась, как на праздник, ведь у меня был очень большим шанс, что мне предложат работу, нужно только показать себя с самой лучшей стороны. Ну и устроиться в отдел продаж. Так! У меня все получится! На мне счастливые трусы! И вообще, краснодипломница я или кто? Да и пофиг, как там их фирма называется, лишь бы в будущем платили хорошо.

Я надела узкую юбку-карандаш, деловую достаточно прозрачную блузку, высокий каблук и собрала волосы в аккуратный пучок. Себе нравилась безумно, правда, пришлось немного накраситься, чтоб не быть бледной молью, хотя и без косметики — супер.

— Блин, Ника, сиськи ты наела, конечно, огонь, не зря капусту любишь — смотрит мне в блузку Лена.

— Это генетика, успокойся и давай ускорься, а то опоздаем.

Лена же, как всегда, королевишна, яркая, высокая, выделяющаяся, я на ее фоне немного теряюсь, хотя на вкус и цвет.

В отделе продаж, куда меня определили, буквально через двадцать минут, после моего прихода попросили отнести документы директору на подпись. Ну как попросили…

— Значит так, мормышка, берешь вот эти документы — презрительно бросает мне бумаги на стол, женщина, которую до этого представили, как Татьяну Николаевну, начальницу отдела — и мелкими шажочками, — она меняет тон на говор бывалой зэчки-рецидивистки, смотрящей за «хатой» и осужденной на долгий срок — на слегка приспущенных, на высокой скорости шуршишь в сторону начальства. Подписываешь там все то, что дали и в том же темпе развевая волосы по ветру, возвращаешься назад. Через пятнадцать минут документы будут лежать у меня на столе, иначе ты будешь серьезно жалеть, что не выбрала другую фирму. Ферштейн?