Книга Мой любимый шпион, страница 174 – Мэри Джо Патни

– Добрый день, mon chéri! – Наклонившись, она поцеловала мужа в висок. – Как давно я тебя не видела!

– Почти три часа, с тех пор как мы вместе отобедали. Да, очень давно… – Он взял ее за руку, привлек к себе и усадил рядом на диван. Радуясь ее появлению не меньше Симона, Лео спрыгнул со своего места на спинке дивана, чтобы угнездиться на коленях у хозяйки.

– Что сказал доктор, осмотрев твою ногу?

– Сказал, что выздоровление идет успешно и что недели через две я смогу забросить куда-нибудь эту трость, а еще через неделю-другую попробовать проехаться верхом.

Сюзанна вскинула брови.

– И как ты расценил его слова?

Симон усмехнулся.

– Уверен: он имел в виду, что уже на следующей неделе мы вместе отправимся на верховую прогулку.

– Я ничуть не удивлена. – Сюзанна сжала одной рукой руку мужа, а другой почесала за ухом Лео, отчего тот блаженно замурлыкал. – Я попросила Стэнли прислать нам сюда чаю, чтобы мы могли полюбоваться белой лошадью вдвоем.

– На редкость умиротворяющее занятие.

После нескольких минут беспечного разговора в том же духе дверь комнаты отворилась, и дворецкий сам внес поднос с чайной посудой, сандвичами и вафлями, а также второй, поменьше, – с пачкой писем.

– Пришла почта, – доложил он.

– Есть письма из Бельгии? – спросил Симон.

– Полагаю, да, сэр.

Стэнли опустил чайный поднос на низкий столик перед диваном и передал хозяину второй поднос, с письмами и ножом, чтобы вскрывать их. Лео сразу же запрыгнул на стол, живо заинтересовавшись сандвичами, но Сюзанна сняла его оттуда. Симон тем временем перебирал письма.

– Почти все деловые, но… А, вот и оно – от Филиппа.

– Отлично! – Сюзанна дала Лео кусочек ветчины с одного из сандвичей, и угощение было охотно принято. – Я беспокоилась за него с тех пор, как через его поместье прошла маршем чуть ли не вся французская армия.

– Да еще потом, после битвы, проделала обратный путь бегом. – Симон вскрыл сургучную печать и пробежал глазами письмо. – Он передает нам наилучшие пожелания и уверяет, что поместье почти не пострадало, вот только солдаты вытоптали два его поля, засеянных рожью. И вскользь замечает, что уцелевшее крыло замка тоже было сожжено, но тем лучше: не будет больше привлекать всяких бродяг. По-моему, он имеет в виду меня, – добавил Симон с улыбкой.

– Да, несомненно, – тоже улыбнулась Сюзанна. – А что он пишет про Мари?

– Она сама сделала приписку внизу страницы. От поместья она в восторге, супругов Кордье обожает и признается, что даже не мечтала иметь таких родственников, как они. Юный Симон, по всей видимости, – самый красивый и смышленый младенец во всей Франции, а быть матерью – истинное блаженство. – Симон протянул жене письмо, чтобы она прочла сама, и вскрыл другое.

– А это от Мориса. Он пишет, что в дом доставили ящик превосходной соленой селедки с наилучшими пожеланиями от капитана Петера Де Йонга, и спрашивает, не переслать ли мне ее сюда.

– Пусть угощаются те, кто сейчас в Брюсселе. Но я рада, что капитан Де Йонг сдержал свое слово насчет рыбы, которое дал, когда ты спас ему жизнь. – Сюзанна перевела взгляд на Лео. – Как только речь зашла о селедке, этот негодник насторожился.

– Дай ему лучше еще ветчины, – посоветовал Симон. – А вот и записка от Киркланда. Он благодарит меня за все мои старания в Бельгии, но советует в будущем поменьше усердствовать в стремлении покончить с собой – он же знает, что ты этого не одобришь.