Книга Сердце Халлстейна, страница 8 – Надя Фэр

Нет, я не приобрёл новые способности, просто эллианцы изначально физически намного превосходят людей. В бою это особенно заметно. Скорость, сила — всё это помогало мне избежать серьезных ранений, при этом убивая в несколько разбольше врагов, чем мои собратья.

Но если чей-то клинок всё же доставал меня, то за ночь амия залечивала все повреждения. Она как будто жила отдельно от меня. Не то, чтобы амия была разумна, но в критических ситуациях действовала независимо от моих желаний, забирая энергию этого мира.

Стараясь как можно реже прибегать к услугам лекарей, я позволял им лишь осмотр после боя, убеждая, что сам могу сменить повязку. Мне не хотелось привлекать излишнее внимание. Появившись из ниоткуда, не умея даже изъясняться на местном наречии, я за короткое время овладел искусством боя. Что было бы, узнай они ещё и о высокой регенерации.

Мои военные успехи не остались незамеченными. Когда до тьера Йоргена дошла молва о «любимце богов», он самолично приехал познакомиться. Конечно, правитель не мог повысить меня в звании, такой сильный воин нужнее на поле боя, и я это прекрасно понимал. Но в качестве благодарности за заслуги моё жалованье увеличилось в несколько раз. После этого в моей жизни появились женщины.

Нет, они были вокруг и раньше, просто я не искал их внимания. Там, в Эллиане, мы отвергали плотские утехи, отдавая предпочтение иной близости. Во время обряда единения, наши амии сливались в одно целое, зарождая новую искру жизни. Хранитель помешал ее в специальную капсулу, в которой, спустя год, родители забирали своего ребёнка.

Люди и эллианцы выглядели одинаково. И хотя мои волосы были гораздо темнее, а тело более гибким и высоким, но внешне его было не отличить от тела человека. На этом наше сходство заканчивалось. Люди существовали, перерабатывая пищу, я — за счет жизненной энергии этого мира.

В целях эксперимента я даже пробовал их еду, но организм сразу отторгал её. Поэтому, когда наш отряд собирался в какой-нибудь таверне, я лишь притворялся, что ем. В шумных компаниях легко скрывать свои особенности. Единственное, что я мог делать, не вызывая подозрений, это пить. Местные напитки будоражили кровь и туманили рассудок. Всем, кроме меня. Нет, конечно же, я мог почувствовать лёгкое опьянение, но для этого мне требовалось выпить в несколько раз больше, чем остальным. И когда это случилось впервые, я все же поддался на уговоры и покинул таверну в сопровождении одной из местных красавиц. Не могу сказать, что близость оказалась неприятной, даже наоборот, нобез единения амий я не испытал ничего, кроме физического удовольствия.

За последующие годы войны у меня было много женщин. Большинство из них интересовали лишь деньги и, получив желаемое, они быстро исчезали из моей жизни. Некоторые искали взаимности, которой я не мог им дать, как бы ни хотел, поэтому они тоже уходили.

Амию эллианца можно сравнить с душой человека, хотя она, скорее, больше похожа на сердце, потому что поддерживает жизнь. И мое сердце ещё ни разу не сбилось с ритма.

Война завершилась спустя двадцать лет. Поначалу мы лишь отбивали нападения, оттесняя врага его к границам, но как только земли Халлена были освобождены, воодушевлённый успехом, тьер Йорген решил атаковать Исгерд.

К тому времени из моих собратьев в живых не осталось никого, кроме Атсура. Друг постарел и сильно сдал за эти годы, моя же внешность совсем не изменилась. В бою я старался находиться рядом с ним, чтобы прикрыть в случае опасности.