Книга Придворные памфлеты, страница 23 – Саша Шу, Алекс Стар

— Я вам весьма признателен, светлейший князь, за такие добрые слова, — ответил ему мой супруг, и тут же добавил, к моему величайшему изумлению. — Но стоит признать, господа, что это всё заслуга моей драгоценнейшей супруги, — и все глаза устремились в мою сторону, чем привели меня в величайшее замешательство, ибо я совсем не привыкла к знакам внимания высшего света.

И я не привыкла к знакам внимания со стороны своего супруга.

Но я всё-таки сумела вовремя взять себя в руки и улыбнулась всему великосветскому собранию.

— Благодарю, граф, — кинула я быстрый взгляд в сторону своего беспутного супруга, который, несмотря на все его ужасные и гадкие стороны своей порочной натуры всё-таки иногда изумлял меня своим обхождением.

И продолжила уже тоном знатной дамы, а не простой деревенской девушки, которой я всегда продолжала оставаться в душе:

— Но мой дражайший супруг весьма преувеличивает мои заслуги, — с лукавой усмешкой добавила я, которая должна была дать всем понять, что мои достоинства поистине заслуживают огромного уважение и всяческого внимания. — В нашей глуши сложно найти себе достойное занятие, здесь мы весьма далеко от двора со всем его блеском и его треволнений, и я вынуждена была направить все свои усилия в этом направлении, — ответствовала я, обводя взглядом десятки устремлённых на меня глаз.

— Желал бы я увидеть, мадам, что было бы, если бы вы все свои усилия направляли на то, чтобы блистать в высшем свете, — вдруг раздался в гробовой тишине нашей залы низкий пленительный голос, и я увидела пылающий взор чёрных очей, устремлённый прямо на меня. Это был князь Черкесов, потомок восточных царей и наследник несметных богатств и сокровищ. И, как поговаривали, весьма успешный и безжалостный коллекционер женских сердец.

Которые он равнодушно разбивал, и даже до нашей глуши доходили слухи об его очередной жестокой победе над очередной надменной и холодной красавицей.

Признаюсь, я даже на некотороевремя смутилась, не зная, что приличествует отвечать на такие откровенные речи и комплименты, я ведь в душе оставалась совершенно неопытной и юной девицей, несмотря на всю свою хозяйственность и внешний лоск. И, не отводя глаз от этого жгучего красавца, я ответила:

— Благодарю за столь лестный отзыв о моих заслугах, князь, но я предпочитаю прилагать свои усилия там, где они принесут больше пользы, — с тонкой усмешкой промолвила я. И добавила. — Как, например, в выращивании этих померанцев и уток, которыми мы сегодня с вами лакомимся, господа.

В зале раздались довольные и восторженнее возгласы одобрения, и всё собрание продолжило беседу, которая потекла в более непринуждённом и расслабленном русле, но и до самой перемены блюд я продолжала ощущать на себе горячий и пристальный взгляд князя Черкесова. Однако, после всех недавних адюльтеров моего супруга мужское внимание меня оставляло совершенно равнодушной, если не сказать, что будило во мне крайнее отвращение.

Не стоит забывать, что помимо великих светских мужей на нашем вечере присутствовали и дамы. Которые не столь бурно выражали свои восторги относительно моих способностей и талантов так хорошо вести дела, и мне даже почудилось на миг, что я уловила едва заметные усмешки пренебрежения на их устах. Увы, в нашем обществе всё ещё считается низким и почти непристойным, когда жена берёт в руки бразды правления и занимается делами, столь несвойственными нашему слабому и беззащитному полу!