Книга Ловушка чувств, страница 66 – Дарья Беженарь

Я разорвал упаковку презерватива — движение резкое, почти нервное, пальцы слегка дрожали. В воздухе витало напряжение, густое, почти осязаемое.

Она наблюдала за мной, её дыхание участилось, глаза потемнели от желания.

Не отрывая взгляда, я надел его, чувствуя, как внутри всё сжимается от нетерпения. Каждое прикосновение к ней — как разряд тока, каждая секунда ожидания — пытка.

Я наклонился к ней, провёл ладонью по внутренней стороне бедра, ощущая, как она вздрагивает под моими пальцами.Её руки скользнули по моей спине, ногти слегка царапнули кожу — и это было последней каплей.

— Посмотри на меня, — прошептал я, задерживаясь на грани.

Она подняла глаза — в них не было ни тени сомнения, только чистая, необузданная страсть. И тогда я вошёл в неё — медленно, осторожно, давая ей привыкнуть, чувствуя, как всё внутри сжимается от невероятного, почти болезненного наслаждения.

Её губы приоткрылись в беззвучном стоне, пальцы впились в мои плечи. Я замер на мгновение, впитывая каждое ощущение: тепло её тела, ритм её дыхания, биение её сердца, сливающееся с моим.

Потом начал двигаться — сначала неторопливо, растягивая каждое мгновение, но с каждым толчком теряя контроль. Она отвечала, подстраиваясь под мой ритм, её тело отзывалось на каждое прикосновение, каждый поцелуй, который я оставлял на её шее, плечах, губах.

Мы слились воедино — не просто тела, а души, мысли, желания. Всё, что было между нами раньше — обиды, недомолвки, страхи — сгорало в этом пламени, оставляя только чистое, первозданное чувство.

Её стоны становились громче, дыхание — прерывистее, и я чувствовал, как её тело напрягается, готовясь к кульминации. Я ускорил темп, глубже, сильнее, пока она не вскрикнула, выгнулась под мной, и волна наслаждения накрыла её с головой.

В тот же момент я потерял себя — растворился в ней, в этом мгновении, в этой бесконечной, ослепительной разрядке. Мы застыли, цепляясь друг за друга, будто боялись, что мир рухнет, если разомкнём объятия.

А потом — тишина. Только наше тяжёлое дыхание, стук сердец, постепенно возвращающийся к норме. Я опустился рядом с ней, прижал к себе, чувствуя, как её голова ложится на моё плечо.

Она провела рукой по моему плечу — лёгкое, почти невесомое прикосновение, от которого по коже разбежались мурашки. Я приоткрыл глаза, наблюдая, как она медленно приподнимается, собирает разбросанную одежду.

Без слов надела футболку — ту самую, что ещё недавно лежала на полу. Ткань мягко обволокла её фигуру, скрывая то, что только что было целиком моим. Я хотел остановить её, сказать что-то, но слова застряли в горле.

Она тихо прошла к балкону, приоткрыла дверь. В комнату ворвался прохладный воздух, смешавшись с ароматом её кожи и наших общих ощущений. Щёлкнул зажигалка — первый вдох, медленный выдох. Сигаретныйдым растворился в вечернем воздухе.

Я оделся и вышел вслед за ней на балкон. Обвил её сзади руками, прижал к себе. Вдохнул её аромат — смесь запаха её кожи и сигаретного дыма. Коснулся губами мочки уха, едва ощутимо, почти невесомо.

И как только я хотел сказать, что люблю её, как сердце готово было выпрыгнуть из груди от этой простой, но такой важной правды…

— Тебе пора! — отрезала она резко, даже не повернувшись ко мне.

— Что? — голос дрогнул, будто я не расслышал.