Книга Девушка из прошлого, страница 53 – Инна Инфинити

— Оль, я говорю ещё раз: с Андреем мы предохраняемся.

— Презервативы рвутся.

— У нас не рвались.

— И все же презервативы не дают стопроцентной защиты, — настаивает на своем. — На упаковках написано, что защита всего лишь 99 процентов.

— Оль, у нас с Андреем за полтора года отношений ни разу не было секса без презерватива! — рявкаю. — А Макар в меня кончил! Как ты думаешь, от кого я могу быть беременна?

Подруга отводит смущенный взгляд в сторону.

— И все же есть один процент на чудо… — тихо бормочет.

— Я не верю в чудеса.

Чудо... Это не про мою жизнь. Меня хоть и зовут Алиса, а живу я далеко не в стране чудес.

Алиса

10 лет назад

Из безвыходного мое положение стало ещё более безвыходным. Это как достичь дна и дополнительно вырыть себе яму. У меня одна дорога — к алкашке-матери и зеку-отчиму. Вот они «обрадуются», увидев у меня живот.

Есть второй вариант: аборт. О нем я думаю каждый день и… понимаю, что не могу. Вот не могу и все. Это же не только ребёнок урода Макара. Но и мой тоже. Ребенок ни в чем не виноват. Ему неизвестно, какое его отец — чудовище.

А ещё я не понаслышке знаю, как больно и до глубины души обидно, когда о тебе судят по твоим родителям. Ты можешь быть сколько угодно умной, скромной, послушной, но если твоя мать — алкашка, а отчим — зек, то о тебе будут думать примерно то же самое. Общество вешает на тебя ярлык, а так называемые благополучные родители запрещают своим детям с тобой дружить. У меня не было подруг в школе. Мамы моих одноклассниц не разрешали им со мной общаться. Девочки не оставляли при мне сумки с вещами, на физкультуре прятали подальше телефоны. Думали, что я могу украсть.

Мне было обидно до слез. Никто из них даже не пытался меня узнать, поговорить. Из-за моей неблагополучной семьи меня обходили десятой дорогой. Причем в прямом смысле. Никто не хотел сидеть со мной за партой, потому что боялись, что я заражу их вшами. А у меня за девятнадцать лет моей жизни вшей ни разу не было. Вот только кого это волнует? Обо мне судили по родителям.

Моя жизнь наладилась только в институте. Я приехала туда, где меня никто не знает, и начала жизнь с чистого листа. Про ситуацию в семье более-менее осведомлены только Андрей и Оля. Но и то они знают далеко не все. Оля думает, что я просто из очень бедной и многодетной семьи. Андрею известно больше. Он знает, что у меня пьет мать, что отчим сидел в тюрьме. Знает, что меня чуть не забрали в детский дом. Тем ценнее для меня его любовь. Андрей любит меня, несмотря ни на что, вопреки всему.

Так разве должна я судить ребенка, что ношу под сердцем, по его отцу? Разве я могу ненавидеть малыша из-за его отца? Как я могу убить своего ребёнка только потому, что он от Макара?

— Ты что, серьезно собралась рожать от насильника? — Оля вылупила глаза.

— Ребёнок не должен нести ответственность за грехи своих родителей.

— Алис, ты в своём уме? Тебе же придётсябросить институт.

— Возьму академ.

— А потом?

— Что-нибудь придумаю.

Оля задумчиво чешет затылок.

— Может, все же расскажешь обо всем Андрею? Вдруг он тебя не бросит? Он же любит тебя. Может, и ребенка твоего полюбит…

Теперь моя очередь вылупить глаза.

— Я не буду вешать на Андрея чужого ребёнка.

— Да почему сразу «вешать»? Мужчины часто женятся на женщинах с детьми. Мой дядя женился на девушке с ребенком от предыдущего брака. И ничего. Ребёнок называет его папой. Недавно у них общий родился. Нормально живут.