Книга Повседневная жизнь фермера в мире монстродевушек, страница 108 – Вячеслав Танков

— А-а-а-а! Спаси-и-ите-е-е-е!

Появление из дикого леса очередной остроухой девицы, жаждущей спасения от зубов кровожадного монстра стало для меня такой неожиданностью, что я не сразу осознал происходящее. Казалось бы, ситуация повторяется один в один: совсем недавно я также уничтожал другого монстра, спасая от смерти девушку… Перед глазами промелькнула цепь событий нашего с Чаной знакомства, кормления, выхаживания девушки. Совместное умывание… Забылся настолько, что вторая спасенная кашлянула привлекая мое внимание.

— П-простите, мил-лорд, — все еще не в силах осознать произошедшее, спросила девушка с длинными острыми ушами. — Вы ведь могущественный архимаг? Никто больше бы не смог победить лесного Стража одним ударом! И… еще я чувствую, что ваше имение охраняет сильная магия…

— Надо же… — хмуро отвечаю я, чтобы хоть как-то поддержать разговор. С одной стороны мне жалко эту девчонку, которой чудом удалось спастись, обнаружив мой огородик. С другой стороны, я совершенно не представляю, что делать дальше… Впускать ее? Но кто она и откуда? Почему оказалась здесь? И я жопой чую, что ее появление сулит мне немало новых проблем… Впрочем, разберемся с ними по ходу возникновения. Не бросать же ее здесь…

— Х-хозяин!

А вот и Чана мчится.

— Хозяин! Я слышала крики! Что случ…

Молчание, затянувшаяся пауза. Обе девушки смотрят друг на друга с нескрываемым любопытством. Радует, что ни злости, ни недоверия в их взглядах нет. Первой опомнилась Чана:

— Сестра леса! Эльф! Хозяин Магнус! Вы ее спасли? Так давайте скорее позаботимся о ней! Она же ранена, видите⁈

— Погоди, — торможу разошедшуюся скакунью. — Ты знаешь какие-нибудь эльфийские клятвы или обещания?

— Зачем вам это? — удивляется нежданная гостья. — Я не причиню никому вреда, а слово эльфа — свято и нерушимо.

— Хе-хе, ну да, — саркастично ухмыльнулась вдруг Чана. — То-то вы сначала в строгой изоляции жили по завету предков, а всех нарушителей казнили или выгоняли, предварительно утыкав стрелами из своего ненаглядного Леса, а когда вас Империя поприжала, сразу на переговоры пошли. Дескать, традиции поменялись. А как же ваши нерушимые клятвы? Не твои ли соплеменники красили лица кровью невинных беженцев, которых Империя гнала в лес на убой? Что же случилось?

Эльфийка меняетсяв лице.

— Так это… — пытается оправдаться она, — темные времена были, подруга! Я еще в пеленках была, когда Смута закончилась. Много тогда поменялось даже у нас: жрецов повышвыривали, старых идолов поломали. Народ наш тогда раскололся. Многие ушли на запад. Тем, кто остался, пришлось менять систему ценностей и по-другому смотреть на мир…

— Погоди, — перебила ее ушастая. — Так ты из этого поколения? Послевоенная?

— Конечно! — радуется эльфийка. — Меня зовут Арианэль, но лучше просто — Арина. Мне еще и тридцати вёсен нету!

Она вдруг скукоживается, очевидно, вспомнив, где находится и в каком состоянии, и замолкает.

— Хорошо!

С моего молчаливого одобрения зайка берет на себя переговоры.

— Тогда пообещай, что не желаешь никому зла, вступая на нашу землю и мой хозяин тебя пропустит. Но имей в виду, если останешься тут надолго, то должна будешь помогать нам, выполнять то, что скажет Хозяин и полностью ему подчиняться!

— Полностью⁈ — и без того огромные глаза эльфийки увеличились вдвое.