Книга Повседневная работа фермера в мире монстродевушек, страница 66 – Вячеслав Танков

— Хех, можно подумать, ваша еда отличалась разнообразием? — спрашиваю я, отрывая еще пару ягод и складывая их в корзинку. Клубника практически поспела, но ее так много, что придется прислать сюда Чану. Не то, чтобы я не доверял зверолюдам, но они наверняка сойдут с ума, увидев такое разнообразие плодов. К тому же тут высажена морковь, при виде которой у местных все еще возникает религиозный оргазм. Вроде уже все насмотрелись на «пресвятую морковь» в супах и салатах, но стоит кому-либо из ушастых увидеть цельный плод, который еще размером с руку, как они теряют всякое соображение.

— И то верно, — вздыхает темная, соглашаясьсо мной. — Мы редко ели досыта, а дары леса не всегда были вкусны и полезны. Порой и животами мучались, если попадались плохие ягоды. Но выбирать особенно было не из чего…

— Так плохо у всех эльфов? — удивляюсь я. Тали скорбно кивает.

— В Срединном Лесу дела идут чуть получше, — объясняет она. — Эльфы там занимаются огородами и облагораживают дикие ягодные кусты… Но на всех не хватает. Расширить угодья не всегда получается, так как мешает угроза хищников и монстров. В недалеком прошлом и светлым, и темным эльфам сильно досталось от сил зла. Наша численность сильно снизилась. Способные, сильные и знающие из нас были убиты, погибли от болезней, зубов монстров и прочих факторов, а те, кто остались были вынуждены изучать секреты выживания с нуля…

— Вы никогда не враждовали со светлыми? — интересуюсь я.

— Раньше — очень сильно, — кивает Тали. — Но со дня окончания последней войны нам пришлось осознать, что если мы не объединимся, то нам всем, и темным, и светлым, грозит вымирание. Распри были забыты и с тех пор все, что нас различает — это цвет кожи и кое-какие религиозные предрассудки. Даже Элуна, которая изначально была богиней лишь темных эльфов, приняла под свое крыло и всех остальных.

— А раньше кто был божеством светлых?

— Фурион, пророк природы, — следует незамедлительный ответ. — Был такой полубог, который неплохо справлялся с обязанностями святого. Но этот олух разленился, а потом и вовсе нырнул в спячку. Когда Элуна взяла на себя его обязанности, он даже не отреагировал. Злые языки говорят, что он даже обрадовался тому, что перестал быть святым.

— Понимаю его, — пробормотал я тихонько. И добавил громче:

— Стало быть, эльфы сейчас объединены в одно целое?

— Только на словах, — вновь вздохнула Тали. — На самом деле хоть мы больше и не враждуем, но нас разделяют непроходимые болота и территории, полные монстров и хищников. Зато мы больше не стремимся убить друг друга при случайной встрече. А в городах людей можно встретить эльфов всех цветов кожи…

Она вдруг замолкает, прислушается к чему-то и вдруг опрометью выскакивает наружу, роняя недоеденную ягоду клубники! Я тоже ощущаю приближение чего-то громадного! Разворачиваю миникарту с удивлением и ужасом глядя на огромную жирную красную точку, которая на огромной скорости приближаетсяк нашему лагерю! Что это еще за херня⁈

Выскочив вслед за эльфийкой, вижу, как зверолюды в лагере реагируют на вероятную опасность. Все это уже не раз было обговорено и никто не мельтешит и не паникует. Женщины и дети прячутся в землянки или бегут в сарай, где находится вход в другой мир. Там им ничего не угрожает. Чана уже наверняка встречает их внутри, показывая дорогу в подвал, где все могут спокойно переждать опасность. Зверолюди вооружаются всем, чем только могут, включая инструменты и оружие, вытащенное нами из подземелья, но благоразумно не лезут вперед, понимая разницу в наших силах. Это тоже было не раз обговорено. Они будут вмешиваться только в том случае, если количество врагов будет зашкаливать и те сумеют пересечь Оплот. Сейчас они рассредоточились вокруг домиков, заняв лучшие позиции. Мне же остается лучшая роль встречающего. Позади неслышными тенями вырастают мои телохранительницы в количестве трех штук.