Книга Повседневная медицина в мире монстродевушек, страница 76 – Вячеслав Танков

— Так я и не отсюда! — заканчиваю разговор, расстилая мешок.

Старшая слегка удивилась его необычному виду, а Носси тут же залезла в него с головой, обнюхав изнутри и снаружи. Ее первые слова, обращенные к нам, когда она вылезла, были:

— Ка-а-а-ак вкусно пахнет! Какой мя-а-а-агкий!

Тогда уже ее сестра полезла в мешок, а я, вздохнув, вышел на улицу, решив дойти до сортира. С удобствами тут было как в деревне — деревянный туалет на улице, рядом рукомойник.Запахи прилагаются. Но хотя бы не так сильно, как в деревнях людей. Чувствую на себе внимательные взгляды других зверолюдей. Агрессии в них нет, зато любопытства — хоть отбавляй. Должно быть, они привыкли к тому, что большинство людей относится к ним свысока, а тут появляется неизвестный, которого пускают в дом. Но никто не лезет выяснять.

Сделав все свои дела, возвращаюсь внутрь, где сестры настойчиво приглашают меня за стол, предлагаю разделить и без того скудную трапезу. В тусклом свете лучин видно, что те расстарались, выставив не только приготовленное трактиром, но и своими лапками. Отказывать было бы слишком грубо, поэтому занимаю одну из колченогих табуреток. Объедать девчат, конечно, не собираюсь. Из спаленки матери доносится едва слышное равномерное сопение — пациентка стремительно идет на поправку. О ней беспокоиться не стоит — она недавно просыпалась, поела и уснула вновь. Ей нужно много спать, чтобы восстановиться, поэтому я добавил в ее напиток пару капель снотворного, о чем и сообщил сестрам.

Чуть отодвинув в сторону тарелки, под восхищенное и восторженное оханье девчонок достаю из инвентаря еду, которую туда заботливо складывали эльфийки и поварихи из Оазиса. Ее там все равно дохрена.

— Не стесняйтесь, — говорю им. — Ешьте. Это готовили мне в дорогу. Я все равно столько не съем. Жаль будет, если пропадет.

Сестер не приходится упрашивать и они с жадностью накидываются на угощение. Хотя Носси все же чуть менее активно, чем Конни. Все-таки она еще не полностью отошла после сытного обеда в таверне. А вот первая сметает все быстрее, чем я успеваю вытащить и поставить на стол. Наевшись, она вдруг пристально всматривается в деревянную тарелку, на которой все еще лежал пирожки.

— Магнус… — спрашивает она. — Эта посуда…

— Да-да? — интересуюсь, наливая чай по чашкам из металлической фляжки-термоса, замаскированной под деревянную.

— Ее ведь зверолюды сделали?

— Верно, киваю. — Там, где я жил, к ним относятся куда лучше, чем в столице. Честно говоря, я был в шоке увидеть то, что происходит в Империи. Хотя и до нас доходили слухи о творящихся зверствах работорговцев.

— Ох… — вздохнула та, пододвигая табуреточку к стене и опираясь на нее спиной. — Кто бы мог подумать, что этот день станет для нас таким… необычным и счастливым! Ты вылечилмаму, накормил сестру и меня… Я уже и забыла, когда последний раз так ела! Ох, ты не будешь против, если я угощу подругу?

— Нет, конечно, — киваю. — Только имей в виду, что здесь я не задержусь. Мне надо найти жилье и работу, а потом и способ проникнуть за стену. Нет, путь вора мне не подходит. Не знаешь ли ты других вариантов?

— Подкупить стражу, — не задумываясь, отвечает та. — Только там тебя все равно может проверить любой патруль. Если не будет пропуска, то могут сразу вышвырнуть за стену… А могут и приговорить к исправительным работам. Но потом все равно выкинут.