Книга Наследник жестокого бывшего, страница 38 – Вивиан Фокс

Не знаю, удастся ли мне уснуть, но все равно зажмуриваю глаза и заставляю себя дышать размеренно, убеждая свое тело, что оно хочет спать.

Утром я с водителем везу Максика к врачу. Тот внимательно осматривает его руку. Под крик сына ему делают перевязку. А потом я забираю своего изможденного процедурами малыша и сажусь в машину с ним на руках. По дороге Максим почти мгновенно засыпает, и у меня каждый раз дергается сердце, когда я слышу, как он всхлипывает даже во сне. Мой бедный мальчик столько всего пережил за последнее время.

Единственное, что его утешает в любой ситуации – это совместные игры с отцом. Это те редкие моменты, когда сын практически перестает меня замечать. Все его внимание направлено на отца. Он как будто подсознательно чувствует, что его с этим мужчиной связывает нечто большее, чем проживание на одной территории.

Обычно Максим не так быстро и легко сходится с людьми. Смотрит на них с опаской, долго привыкает, не доверяет. Но со Святославом Михайловичем все случилось совершенно иначе. Макс сразувпустил его в свою игру, и это заставило мое сердце сжаться.

По возвращении домой я аккуратно укладываю сына на кровать, и он спит еще около часа. После его пробуждения мы гуляем, обедаем, строим новые башни из конструктора и снова гуляем. На сегодня я отменила няню и репетиторов, зная, что сын после больницы будет не в настроении общаться с посторонними и, тем более, заниматься языками.

Вечером мы с Максиком выходим еще ненадолго погулять по дворе. И, пока мой сын бегает, таская за собой машинку на веревочке, я наблюдаю, как открываются ворота, и во двор въезжают одна за другой две машины. Машину Юдина я уже знаю, а вот вторую – нет. Белый, представительского класса автомобиль, поблескивая натертыми боками, паркуется возле широкой лестницы, и через минуту  водитель открывает заднюю дверцу.

Из машины выходит пара. Высокий, представительный мужчина в костюме, и элегантная женщина в бордовом шифоновом платье до колена. С этого расстояния я не вижу их лиц, могу только отметить царственную походку женщины и то, как непринужденно, но при этом грациозно держится ее спутник.

Пара скрывается в доме, а машина Юдина паркуется в гараже. Он сам, думаю, прошел через дверь гаража прямиком в дом. Через пару секунд мой телефон в кармане вздрагивает входящим сообщением.

Юдин: “Зайдите оба в дом”

Вот так коротко, приказом. Мне не нравится это, но я не смею спорить.

– Сынок, пойдем в дом, – зову Макса.

Он поворачивается лицом ко мне и хмурится. В такие моменты он еще больше напоминает своего отца. Кажется, у них даже одинаковый залом кожи между бровей, когда выражение лица приобретает хмурый вид.

– Еще чуть-чуть, – отзывается он, и это не звучит как просьба. В этом весь Макс. Настоящий сын своего отца.

– Нет, сынок. Пойдем. Нас ждет… – запинаюсь на слове “папа”, поймав себя на мысли, что мы с Юдиным до сих пор не сказали сыну, кем Святослав Михайлович ему приходится. Он представился Максиму как “Свят”, и тот его так и называет. – Свят.

Произношу сокращенную версию имени Юдина, и чувствую, как по телу прокатывается теплая волна. Я никогда, даже в мыслях, не называла его так. Сначала просто привыкла по имени отчеству, а он никогда и не просил называть его иначе. А потом, когда уже мне самой захотелось, я не решилась. Это же сокращает расстояние междулюдьми. Я не была уверена, что Юдин захочет сокращать это расстояние.