Книга Ты мне не братишка, страница 34 – Евгения Паризьена

— Не бойся, сестричка, мы с тобой поладим, — подходит ко мне так близко, и я уже же тону в его прекрасных голубых глазах, которые стали моим смыслом. И всё, что сейчас я говорила, это был настоящий протест, потому что я не в силах отказаться от своей одержимости к Марку. И вот уже несколько ночей мой дневник сходит с ума, там каждая строчка гласит о том, как же сильно я его хочу, и схожу по нему с ума.

— Так мы собрались. Дети, я вас только прошу, не разнесите дом! — обращается к нам дядя Костя. А я понимаю, что как только дверь за ними закроется, я попаду в ад, где мне придётся бороться со своими чувствами.

— Папа я понял, Полинке парней в дом не водить, ложиться спать в десять, и зубки на ночь чистить! — вижу, как он смеется мне в лицо, но я не стану ему покоряться.

— Сынок, вся надежда на тебя! Полиночка, удачи! — они с мамой выходят на улицу, мы не стали провожать их до аэропорта. Дверь захлопывается и Марк снимает свою куртку, а потом надвигается ко мне:

— Ну вот, мы остались одни, Мелочь! Я так давно мечтаю наказать твой ротик! Ты почему так грубишь своему брату? — вспоминаю, что на мне всего лишь жалкая пижама, которая меня точно не спасёт.

— Марк, не приближайся ко мне!

— А что такое? Разве я могу причинить тебе боль? Полина, почему ты шарахаешься меня? — он тянет меня за запястье к себе и я забываю, как дышать.

— Ты предал меня, выбросил из своей жизни! Марк, мы разные! Зачем ты приехал? Мог бы придумать свою очередную отмазку! Я не хочу страдать! — схожу с ума, от его нежных касаний, когда он проводит пальцем по моим ключицам, я могу вмиг перейтиэту черту, которая делает нас родственниками. Только бы сохранить своё самообладание.

— Кто сказал? Я сделаю тебе хорошо! Ты же моя малышка, иди сюда, я приласкаю тебя! — снимает резинку с волос, и бросает на пол, а потом сажает к себе на колени. Остались считанные секунды, и мы можем поцеловаться:

— Марк, ты ненавидишь меня, мы больше не доверяем друг другу тайны!

— А как ещё я должен к тебе относиться? Полина, ты постоянно находишься с этим Максимом, скажи вы спали? — расстёгивает мой халат, и я понимаю, что мне никто не поможет, сейчас мы в доме совершенно одни.

— Да, Марк, я сделала это с ним! А что разве тебе не всё равно? — говорю я самую ужасную ложь, как тут же вижу, как он взбеленился:

— Может, ты ещё за него замуж пойдёшь? Ну, и как тебе понравилось скакать на нём? — впервые в жизни слышу такие грубые слова от моего брата, человека, с которым мы провели беззаботное детство. И после этого мы должны хорошо с ним общаться? Мои руки зажаты будто в тисках.

— Да, потому что я кончаю от его поцелуев! А ты пустое место для меня! — не знаю, откуда во мне взялось столько дерзости, всему виной то, что он променял меня на этих жалких девушек. Марк хватает меня за волосы и шипит, как раненый зверь:

— Ты ответишь за все твои слова, сестричка!

От лица Марка

Весь вечер мы просидели в разных комнатах. Понимаю, что нам нужно срочно помириться, но как это сделать? Да, я не в праве, лишать её личной жизни. Но знаю одно, Максим ей не пара. С его извращёнными фантазиями, и любителем жалких групповух, он опасен для Полины. Да, я сам такой, но когда речь заходит о моей сестре, я готов порвать любого. Вечером, решаюсь приготовить ей ужин, любимую жареную картошку с цыплёнком. Может тогда, нам удастся помириться. Раньше, это безусловно, помогало! Стучусь в её комнату, и вижу, что она пуста. Куда она подевалась? И тут из ванной выходит расфуфыренная сестричка, точнее, девушка вылитая потаскуха, в коротком чёрном платье и дерзким макияжем. Ну, всё она у меня точно дождётся.