Книга Училка и мажор, страница 61 – Юлианна Орлова, Виктория Победа

—Затем что ты моя, Василиса, просто моя, — шепчет мне в ухо, оставляя нежный поцелуй на мочке.

От этих слов внутри все переворачивается, но я продолжаю отталкивать от себя Рустама. Руками впиваюсь в оголенную грудную клетку, ощущая, как мышцы играют под моими ладонями. Он весь словно выкован из стали, накаченный пресс, проявляющиеся мышцы, он ведь качается как пить дать. Господи, я рассматриваю сейчас своего студента?

Тебя только что до оргазма довел твой студент, умница! Просто молодец. Боже. Что я твою? Прикусывая губу, впервые решаюсь посмотреть Рустаму в глаза. И это моя ошибка, крупная и несущая те еще последствия,потому что я замираю, застирываю изваянием и тону.

—Моя, — повторяет, наклоняясь к моим губам. Нет. Нет.

Он не может серьезно рассматривать меня. Только как игру. Такие как он всегда так делают, это же просто: заполучить училку, закрыть экзамен, да об этом все мечтают. Все хотят воплотить в жизнь мечту из порно-фильмов. А я просто растеклась. Не собралась вовремя и позволила этому искусителю пробраться дальше.

—Не твоя. Ты мой студент, который очень сильно попутал берега, — гремлю грозно, стараясь придать голосу уверенность, но обратное пробивается росточками наружу и сдает меня с потрохами.

—Твое тело говорит обратное, малыш.

Это всего лишь физиология. Да. Внуши себе это.

У меня давно не было секса, все понятно, а тут ходячий тестостерон так и норовит свести меня с ума. Все здесь очень понятно мне, не понятно другое, тогда какого черта…какого черта я поддалась на эти манипуляции. Почему я не могу дать ему отпор?! Я ведь знаю ответ где-то очень глубоко внутри.

Потому что твои коленки трусятся как у алкашки, когда он рядом с тобой. И мозги вырубаются, может потому? Сознание играет со мной в игры, на которые я не готова, а потому без лишних слов я выдаю все как на духу. Он должен понять и оставить меня в покое.

Только как ты потом жить будешь? Уже прояснив для себя, что значит чувствовать себя желанной девочкой рядом с таким парнем? Находящимся на несколько ступеней выше тебя по карьерной, социальной и вообще всех возможных плоскостях?

—Ты поиграешь со мной и бросишь, как игрушку. Как что-то ненужное. Таким, как ты только поиграть ведь важно, а что будет с игрушкой — не такие уж и значительные вещи.

Очередной рывок и меня отпускают, я вскакиваю, отталкиваюсь и усаживаюсь спиной к Рустаму, подрагивая от контакта с холодным воздухом.

—А я останусь одна. Без работы и с запятнанной репутацией преподавателя, который не умеет отделять личное и рабочее. Нарушает правила учебных заведений. Я никогда не смогу работать в вузе. Ради мимолетного увлечения мажора, сына мэра.

Мне больно это говорить, но еще больнее, когда я все чаще ловлю себя на мысли, что это ведь правда. Я не справилась. Я не оправдала надежд. И пока об этом просто не знают, но зато я понимаю, что натворила. И понимаю, что поддалась на это искушение.

Эти слова отдаютсяв сердце раскатами грома. Одна попытка Падловны меня разломать уже была. Где гарантия, что не будет второй? Никакой гарантии, никто их не даст.

Я чувствую, что за спиной разгорается пламя.

—Смотри на меня, Вася, когда говоришь подобные вещи!

Кровать прогибается, заставляя меня желать скукожиться, уменьшиться и не отсвечивать в пространстве ничем, стать невидимой, лишь бы меня оставили на мгновение одну. Пережить этот момент, переломный и такой чертовски несправедливый. Потому что впервые за долгое время сердце екнуло, чего уж тут греха таить. Я могу юлить сколько угодно, но он занимает мои мысли.