Онлайн книга «Скиф»
|
– Красивый, вежливый маньяк… – засмеялась Ева. – Ой, ладно тут нам заливать, – сказала Лизавета, не удержавшись от иронии. – Видели мы секрет его обаяния, когда на островах в карты на раздевание играли. Про харизму она тут нам распинается. Мари густо покраснела. – Ну… И это тоже. Ева рассмеялась, да так громко, что гости, сидящие за соседним столиком, обернулись. – Серьезно, девочки… – тихо сказала Марьяна и пригнулась к столу, собираясь поделиться чем-то очень сокровенным, – он же мне сказал, что не хочет меня, не может со мной спать. Любит, но не хочет… Разве так бывает? Я всё думала, что со мной не так? – Чистюля сказал?! – не поняла Лизавета. – Жорик! Я, видите ли, не так что-то делаю… – А с Илюшей? – Вообще ничего не делала, сам всё сделал. Лизка рассмеялась, а Ева покривилась, как от дурного запаха: – Фу. Какой Жорик противный. Кстати, а как ты маме объяснила появление часиков на твоей руке? – Никак. Сказала, что это красивая подделка. Мама же не разбирается. Ладно, девочки, спасибо за компанию. Мне пора бежать. Если что, я на связи. Вы поняли, да? Вдруг… – Поняли, поняли, – улыбнулась Лиза. – Если вдруг Илюша заскучает, мы напомним, что у него есть ты. Мари оплатила свой счет, чмокнула подруг в щеки и покинула кафе. – Чистюля хороший доктор. Вылечил Мари от депрессии. Очнулась хоть. А то свет у нее клином прям сошелся на том дрище неотесанном, – отозвалась Лизавета. – Нормальная ботаничка была, скромная, – с усмешкой повторила Ева слова Скифа. Лиза глянула мелькнувшее сообщение и разомпогрустнела. – Я сегодня хотела квартиру посмотреть. Максим обещал со мной съездить, а теперь написал, что не сможет. Некогда ему. Боится, наверное, что я его жить там оставлю. Лиза подыскивала себе новую квартиру. Она и раньше хотела переехать из своей однушки в более комфортное жилье. Сейчас ее квартира представляла собой студию, потому фактически, как ни крути, жить приходилось в одной комнате, хоть и просторной. А хотелось иметь и собственную спальню, и просторную гостиную, и кухню красивую. А еще желательно большую ванную комнату с окном и гардеробную. – Это действительно так. Кир уехал из дома, еще пяти утра не было. Что-то случилось у них. Форс-мажор какой-то, – Ева вступилась за Виноградова. – Не знаешь что? – Нет, – Ева пожала плечами. – Я никогда не спрашиваю. Он сам рассказывает, когда посчитает нужным. Я уже привыкла к такому положению дел. Тебе тоже надо привыкать. По-другому никак. Или верить, или нет. Какой толк допросы устраивать? Этим ничего не добьешься. Захочет соврать – соврет. Ты же сама мне всегда говорила, что Молох не Николаша. Скиф тоже не Николаша. – Скиф даже не Молох, – рассмеялась Лизавета. – Это точно. Как у вас дела? Как проходит укрощение нашего строптивого Макса? – спросила Ева, стараясь, чтобы вопросы звучали непринужденно. Чувствовала, что с подругой что-то не так. Кто-кто, а Лизка умела прятать свои переживания так глубоко, что не добраться. Но сильно давить на нее не хотелось. Сама расскажет, когда захочет. – Мне хорошо с ним, весело. А ему – не знаю. Тоже весело, наверное, – засмеялась Лизавета. То, что говорила она легко, вовсе не означало, что давалось ей всё это с легкостью. – Он вроде бы со мной… и как будто не со мной. Не могу до него достучаться. Видимо, никогда не смогу. |