Книга Замена, страница 68 – Елена Син

— Теть Свет, в ванной бы лампочку поменять.

— Ой, Леш, знаю я, — отмахивается мама. — Садись давай, потом с лампочками этими разберемся.

— Да это быстро же. Новая есть?

— Откуда же ей взяться?

— Чайник только поставили? Я сбегаю залампочкой. Что-то еще взять?

— Не надо ничего, садись давай!

Алекс отмахивается и уходит. Мы молчим, пока не слышим, как закрывается дверь.

— Кто там пришел? — очухивается папа в зале.

— Мила с Лешей пришли, — кричит мама. — Ты чай будешь?

— Не!

Я улыбаюсь.

Дом. Чайник закипает, за окном муха жужжит, мама летает от шкафчика к шкафчику — достает сахар, мед, печеньки.

— Ну? — спрашивает, когда наконец усаживается. — Вы чего вместе пришли? Я думала ты им обоим ноги переломаешь.

— Ну мам.

— Ну что? Эх, добрая ты слишком, Мила. Катя бы расстреляла. Без суда и следствия.

Я усмехаюсь.

— Я сейчас такая счастливая, мам. Мне просто хочется, чтобы у всех все было хорошо.

— Ну прямо тост. Выпьем?

— Очень смешно. Сиди, я налью.

Разливаю чай по чашкам. Алексу кладу одну ложку сахара. Для себя нахожу в холодильнике сгущенку. Маме наливаю зеленый, она его больше всего любит. Как и Лиля. Но мама ни в жизнь это не признает.

Только сажусь за стол, опять начинается допрос. Рассказала ей все как было. Честно. Только это маму не успокоило.

— Перепутать одну девушку с другой! Тьфу! Идиот какой!

— Мам, ну он же спросонья, да еще в темноте.

— А ты не выгораживай!

— Как будто мало он натерпелся. С Катей-то в браке.

Мама застывает, а потом невольно соглашается.

— И правда, бедолага.

Мы прерываемся, чтобы отпить из кружек и закусить овсяным печеньем.

— Что делать теперь будешь? — спрашивает мама тихо.

— Я? Для начала к вам перееду, как планировала. А потом… Не знаю. Они разводиться собираются…

— Вот и прекрасно.

— Мам, а сколько по времени вообще развод длится? Может, завтра прям и разведутся?

— Так не бывает, — качает головой мама. — У них ребенок общий, это уже больше времени. Думаю, несколько месяцев.

— Месяцев? — выпучиваю глаза.

— Ну да. Там их еще и помириться попросят, время на это дадут. Потом еще с опекой ребенка будут разбираться. В общем, муторно это все.

— Мама-а…

— М?

— А откуда такие познания?

Он опускает глаза в чашку и отвечает не сразу, но все же с легкостью.

— У нас с твоим отцом всякое бывало. И ссоры иногда сильные, до развода почти доходили. За тем все детали и узнавала. Конечно, за эти годы что-то могло поменяться, но боюсь, что на жалкую неделю тебе рассчитыватьне придется. Наберись терпения.

Мне хочется расспросить ее о прошлом, но понимаю, что смысла нет. Мама с папой по-прежнему вместе, а мы с Катей уже взрослые. Если бы мама хотела об этом рассказать, уже сделала бы это.

Алекс возвращается быстро. Также молниеносно меняет лампочку в ванной, а потом присоединяется к нам за столом. Костик запрыгивает к нему на колени, и мы рассуждаем, куда бы нам пойти гулять.

Как же радостно, как приятно просыпаться в комнате, где провела почти все детство. Раньше я этого не замечала. Теперь вот лежу и смотрю на потолок. Эта старая люстра висит здесь сколько я себя помню. Занавесок давно уже нет.

Кажется, мне было шестнадцать, когда я психанула, отказавшись их снимать, затем стирать, а потом еще и гладить! Я их сняла и выкинула за маминой спиной, чтобы она не смогла меня остановить.