Книга Замена, страница 19 – Елена Син

— Мил… Милуш…

— Если так хочется с кем-то поговорить, позвони одной из своих подружек.

Кладу трубку и хмурюсь, осознавая, что почему-то не чувствую той злости, которая клокотала во мне еще несколько дней назад. Алекс будто выпотрошил мою голову, избавившись от всего, что не касается его самого.

Решаю оставить телефон в спальне. Наверняка Сережа будет еще звонить. Уже выйдя из комнаты, решаю вернуться и написать его другу, чтобы тот нашел его и отвез домой. Никита, к счастью, быстро отвечает и говорит, что уже едет за ним.

Все, хоть одной проблемой меньше.

Спускаюсь на кухню и сразу чувствую приятный аромат яиц и сливочного масла. На кухонном островке тарелка с блинчиками. Алекс, увидев меня, встает и достает из холодильника сметану. Затем рука его замирает.

Я точно знаю, почему. Он помнит, что я не со сметаной ем. Подтверждая мою мысль, он ставит сметану обратно и достает сгущенку.

— Чай или кофе будешь?

— Ты не собираешься на работу?

— Нет, — отвечает так же прямо. — А что? Моя компания тебя смущает?

— Скорее злит.

— Ах вот как?

Он подходит,и я борюсь с желанием отступить. Все же выдерживаю его взгляд и близость.

— На колени.

Смотрю на него в шоке.

— Что прости?

— Отсосешь мне, Милка. Думаю, это избавит нас обоих от неловкости и сгладит атмосферу. Потом сядем завтракать.

Да как у него рот вообще открывается говорить это так… так… спокойно⁈ У него память отшибло⁈ В этом же доме его жена живет!

— Я не стану…

Он обхватывает мои плечи и давит вниз так резко, что ноги просто подкашиваются. Я падаю на колени, и Алекс тут же расстегивает молнию на штанах…

— Ты совсем из ума выжил! — Пытаюсь встать, но Алекс вновь толкает меня вниз. — Прекрати это немедленно!

— Возьми его в рот, Мила, иначе я позвоню твоей сестре.

Я отупело смотрю на совершенно незнакомого мне человека. Это не Алекс. Это кто-то другой, кому наплевать на чувства окружающих, кому наплевать на общее прошлое и ценность семьи, которую он имеет сейчас.

Алекс достает свой член. Он уже твердый, раскрасневшийся, со вздувшейся в нетерпении головкой.

Рот предательски наполняется слюной, но я игнорирую это.

— Ты псих, — цежу я, снова пытаясь встать.

На этот раз Алекс берет меня за волосы, не давая отстраниться или подняться.

— Ты сделаешь это. Сейчас же.

— Иначе что? Ты правда позвонишь жене и расскажешь, что двое ее самых близких людей ее предали?

— Да, так и скажу.

— Ты не посмеешь! Она сейчас не в том состоянии, боже… Да в тебе осталось хоть что-то от того, кого я знала?

— Я тоже не хочу рисковать ее здоровьем, Мила. Потому именно им и угрожаю, знаю, что ты подчинишься. А если все же хочешь рискнуть…

— Ты монстр! Отпусти меня!

— Кто больше монстр? — усмехается Алекс. — Тот, кто потакает своим темным желаниям, или тот, кто отказывается их хотя бы принять?

— Я не хочу этого!

— Я не насильник, — шипит он, вопреки словам усиливая хватку. Ощущаю легкую боль, но… это возбуждает лишь больше… — Я бы не заставлял тебя делать это, если бы знал, что ты не хочешь! А ты ведь хочешь, Мила, верно? Ты хочешь меня. Я прочел о твоих желаниях от корки до корки и теперь знаю, чего ты так боялась.

Я только всхлипываю, услышав о дневнике. Ублюдок решил оставить его себе?

— Все считали тебя ангелочком, — продолжает Алекс. — Все думали, что ты, мать его, святая! Добрая, милая, нежная, умная. Такой ты была в глазах абсолютно всех, и даже в моих. Но глубоко внутри ты хотела другого. Ты хотела, чтобы тебя драли, как шлюху, чтобы тебя наказывали так, как наказывают только плохих девочек! А теперь скажи, глядя мне в глаза, что не хочешь заглотить мой член. Я отпущу тебя, если поверю. Но мы оба знаем, что тебе меня не обмануть.