Книга Контракт с подонком, страница 111 – Янка Рам

- Что случилось?

- Поехали... домой.

Мелания

И как будто бы ничего не поменялось. Может стали чуть выражены темные тона и чуть громче тишина в доме.

Максим молчалив.

Задумчиво валяется, без аппетита ест...

Мы много спим днем, как два больных котенка, просто обнимаясь и грея друг друга.

Марк - мой брат, я пытаюсь осознать это и не могу. Не получается. Я смотрю на его фото с траурной лентой, пытаясь вспомнить лицо.

- А какой он был? Твой отец?

- Отец... А каким ты его помнишь?

- Да он мне за все это время два слова сказал... "Мелания, поздравляю". И то, кажется, смотрел мимо.

Пожимаю плечами.

- И я таким же. "Максим, поздравляю", “How are you, Максим?”.

Знаешь что это значит?

- "Как дела"?

- Не совсем... Этот вопрос не подразумевает ответа. Если тебе задают его, надо ответить. “I'm fine”. Если ты начнёшь рассказывать как у тебя дела - это дурной тон, понимаешь? Тебя спросили не для того, чтобы ты ответил. И вот он приезжал из своих поездок. Спрашивал за столом - как дела, Максим. А сам смотрел мимо меня. И не дожидаясь ответа, говорил что-то про акции, про погоду, про то, как прошел перелет. Бросал пару ничего не значащих вежливых фраз... Отец... Его, короче, не было. Дед был. Даже отец Яна был. А Марка Викторовича в моей жизни не было. Я знаю о нем, не больше, чем ты. И общался с ним, не больше, чем ты. Вот его не стало, а я даже не могу отыскать дыры в себе. Что именно я потерял. Словно выключили голограмму, которая мне и так-то не очень нравилась, просто к наличию которой я привык.

- Но он же не мог быть совсем никаким. Каким-то он же был?

- Наверное...

- Давай, сходим в его кабинет? Посмотрим...

- Давай, если хочешь.

Взяв за руку, Макс ведёт меня в кабинет Марка Викторовича. Дверь открыта. Горничная протирает пыль.

Максим стреляет ей взглядом на выход.

Мы рассматриваем стол, стеллаж с книгами.

Там стоит собранный конструктор из красного дерева - лакированный фрегат с парусами.

Макс выдвигает верхний ящик стола. Там банки с лекарствами. Ниже - с документами. Ещё ниже - фотоальбом. Рассматриваем фотки. Там план реконструкции яхты...

- Наверное, ему нравились корабли. Он дарил тебе корабли?

- Нет...

- А что он тебе дарил в детстве?

- Сертификаты в магазин игрушек. Пойдемотсюда.

Заходим в гостиную.

Там Софья Алексеевна в черном рассматривает каталог памятников. Осунулась и сморщилась, сжатые в линию губы синеватого цвета, но все также холодна и непоколебима.

- Не знаю... - небрежно бросает на стол каталог. - Может, какой-то дипломатический символ? Глобус?

- Фрегат... - бросает Максим. - Пусть на памятнике будет фрегат.

- Марк хотел идти учиться в Морское, когда был юн. Но это не при его здоровье и статусе... - задумчиво комментирует Софья Алексеевна. - Пусть будет фрегат.

- Мы пришлём эскиз, - человек с каталогом, кивнув, уходит.

- Когда я умру, кремируйте меня. Без всяких пышных церемоний.

Мы неловко молчим.

Максим

- После похорон Марка, Мелания улетает со мной, - безапелляционно. - Она войдёт в команду гуманитарной миссии как административный сотрудник по сектору Африканских стран. Ты остаёшься здесь, готовиться к собеседованию.

- Нет. Мелания без меня никуда не летит. Это моя жена, а не ваша. Тем более - в Африку.

Тащу ее за руку из гостиной.

- Немедленно вернись! - грозно требует Софья Алексеевна. - Разговор не закончен.