Книга Сметанка для порочных котов, страница 85 – Бетти Алая, Екатерина Антонова

— Прости. Просто я так… я… — она вдруг начинает шмыгать носом, — ты стала важна для меня. Подружка.

— И ты для меня — улыбаюсь лисичке, — просто я могу позволить себе умереть.

Вспоминаю нежный взгляд пушистой белой кисы. И во мне крепнет решимость. Я хочу ее себе! Хочу стать ей! Обрести вновь зверя. Чтобы бегать по ночному лесу, охотиться рядом с Тимуром и Борей.

Хочу чувствовать мощные зубы, длинные когти. Грацию, которой нет у человека. Силу и мощь звериных мышц. Вернуть своё место, а не болтаться между двумя мирами, как неприкаянная.

— Что это значит? Почему можешь? — Мия пучит на меня свои огромные глаза.

Такая она красивая! Братьям очень повезло. Внимательно рассматриваю подругу, словно в последний раз. Хочу запомнить Мию. Вдруг у меня ничего не получится, и Кадир просто меня убьет?

— Потому что Миэль подарил мне новорожденную душу барса, — признаюсь.

— Ничего себе! И ты молчала! — восклицает она, начинает сиять, как новогодняя ёлка. — Поздравляю, это невероятно круто!

— Но, чтобы эта душа слилась с моей, мне нужно умереть, — тихо говорю.

— Оу… это не очень хорошо, — грустно вздыхает она, — почему эти древние такие жестокие, скажи мне?

— Это не жестокость, а… мне кажется, что-то типа доказательства намерения.

— А на нормальном языке можно? — фыркает.

— Доказательство, что ты действительно хочешь и готова… ведь я уже подошла к краю. И искренне хочу эту душу. Настолько сильно, что готова жизнь отдать за неё.

— Поняла. Всё равно жестоко, — бурчит.

Дверь распахивается. На пороге стоит Мустафа. Он ковыляет ко мне, расстегивает кандалы.

— Господин хочет тебя видеть. И без глупостей, — жестко хватает меня за руку и поднимает на ноги, — пошли, шармута пропащая.

— Хамло! — рычит Мия, но старик ее игнорирует.

А он такой сильный! Так и не скажешь, что дряхлый старикашка.

— Нравится подбирать за драконом?Убирать трупы, прах сметать веником, а? — рычу, злюсь. — Я сама пойду! Не надо меня хватать!

Мы идем по коридору огромного особняка. Окон не вижу, чувствую странный запах. Пряный и сладкий. Не понимаю, что за…

Меня подводят к массивной двери. Мустафа ее распахивает. Краем глаза вижу большую кровать с балдахином. Сглатываю. Ты сможешь, Кира.

— Проходи, девка гулящая.

— ЧЕГО? — меня одолевает праведное возмущение. — Вы чего обзываетесь?

— Господин был твоим первым, — шипит Мустафа, от гадких воспоминаний внутри всё скручивается в узел, — а ты оставила его ради каких-то ничтожеств! Пошла!

Кусаю губы до крови, чтобы не вступить в перепалку с этим противным старикашкой. Да твой хозяин меня год насиловал! И невинности лишил против моей воли!

— Господин, она здесь.

— Спасибо, Мустафа, — слышу хриплый голос, и по телу несутся вскачь липкие противные мурашки.

Дверь за мной захлопывается. Вздрагиваю. Опускаю глаза. Молчу.

— Иди сюда, — приказывает дракон, я делаю шаг к нему.

Судорожно взглядом шарю по спальне. И вижу сейф. Сердце начинает бешено стучать. Всё как и в тот раз. Он держит самое ценное в спальне. Дело за малым — усыпить бдительность монстра и добраться до сейфа.

— Да, — коротко отвечаю и приближаюсь.

— Взгляни на меня. — Сидит расслабленный, в шелковых штанах и пьет вино.

Наши взгляды встречаются. И я вижу в тёмных глазах чудовища что-то… проблеск нежности. Который тут же гаснет.