Книга Сметанка для порочных котов, страница 73 – Бетти Алая, Екатерина Антонова

— Кируська, — мурчит мой котик, обнимая меня ослабшими руками, — живой, как видишь. Благодаря тебе, сметанка.

— Тим… — целую его бледное лицо, — я так испугалась!

— А это, как я понимаю, — Боря берет контейнер с сывороткой, — то, что мы все так долго ждали?

Мне сложно привыкнуть к новому Боре. Он стал жестче, его энергетика местами даже жуткая. Но он всё равно мой истинный.

— Да, — с улыбкой киваю, — там одна доза. Всё остальное, к сожалению, не сработало.

— Это прекрасный результат малышка, — мурчит Тим, тянет меня на себя и усаживает на колени, — посиди со мной.

Барс плюхается рядом.

— Мы тут смотрели, как медведи ловят рыбу. Нужно было себя чем-то занять.

— Даже соревнование устроили, — хохочет Дэн, — но что могу сказать: древний хорош.

— Всех сделал, — скалится Димка.

— А где Машенька?

— Уехала. Марьяша не может заснуть без мамы. Ей часто снятся кошмары.

— Бедняжка… — вздыхаю.

— Ей придется непросто, — говорит Дима, — Мара утверждает, что в нашей дочери спит огромная сила. Возможно, она даже будет наследницей ведьминой сути. Посмотрим. В любом случае, Маше лучше держаться подальше.

— А Мара и Вук?

— Поехали к альфам и будут собирать против дракона остатки сербской стаи. Если вдруг план с сывороткой провалится, будем пытаться убить его старым добрым методом.

— Я и сам справлюсь, — чеканит Боря, в его голосе мелькает раздражение.

Мой барс держится особняком даже от нас с Тимуром. Стоит у забора, смотрит в плохо залатанную дырку и курит.

— Ты напряжена, — шепчет пантер, — что такое?

— Тим, — перехожу на шепот, поглядываю на остальных, оживленно планирующих расправу над драконом, — что с Борей? Он сам не свой.

— Это Миэль. Он борется с ним, пытается обуздать, — тихо мурчит Тимур, — но после обращения древний стал сильнее.

— Думаешь,он пытается захватить тело Бори? — мне становится не по себе.

— Я думаю да.

Снова бросаю взгляд на барса, но теперь он в упор смотрит на меня. Пристально, с каким-то больным блеском в глазах.

Пойдем поговорим.

Внезапно его голос раздаётся в голове. Жесткий, чужой. Боря… метка обжигает кожу, словно клеймо.

Встаю, целую Тимура в щёку. Затем на ватных ногах направляюсь в дом. Боря тенью следует за мной. Я чувствую лёд, сковывающий его душу. Это Миэль? Или…

Где за всем этим мой ласковый котик?

— Рада? — коротко отрезает, когда мы входим на кухню.

Резко разворачиваюсь. Глаза барса сияют ярко-голубым, а лицо искажает гримаса раздражения. Губы сжаты, брови сведены на переносице.

— Чему? — сглатываю, не в силах понять, почему метка так болит.

Она продолжает выжигать мою кожу, доставляя боль. Что происходит?

— Тимур… ты любишь его больше меня?

— Что? — меня словно обухом по голове приложили. — Ты что такое говоришь?

И до меня доходит. Это не Боря! Он бы никогда такое не сказал! Видимо, мой взгляд меняется. Миэль усмехается.

— Поняла уже? — на некогда любимых губах играет дьявольский оскал.

— Миэль…, но зачем? — не понимаю.

Делаю шаг назад. Упираюсь в столешницу. Барс хищной походкой подходит ко мне. Он грациозен, силен, ужасен. Как и дракон…

— Сидя взаперти, я долго думал, что же Кадир в тебе нашел? Мелкая, форм никаких, строптивая и совершенно не покорная.

Поджимаю губы. Очень сложно выносить эти слова, которые говорит истинный. Но умом я понимаю, что это не мой котик. А злой котище, который нуждается в хорошей тапкотерапии.