Книга Сметанка для порочных котов, страница 13 – Бетти Алая, Екатерина Антонова

Кира

— Бал-маскарад? Очень интересно! — Агнесса помогает мне выбрать наряд для вечеринки в «Орфеоне».

Теперь после того, как я рассказала котам о своей беде, на душе стало легче. И мы с ними можем двигаться дальше. Поэтому очень важно быть красивой сегодня!

— Я так рада, что ты наконец-то вылезла из своей скорлупы, — говорит сестра, — жаль, не смогу поехать. Но Тим и Борис о тебе позаботятся.

— Они-то позаботятся, — вздыхаю, вспоминая похотливые восторженные взгляды несносных котов.

— Думаю, тебе вот это подойдет. И маска есть соответствующая, — сестра протягивает мне красное платье в пол и чёрную кружевную масочку.

Руки дрожат. Кадир говорил, что мне идёт красный. И с тех пор я избегала этого цвета. Да к черту его! Надоело мне постоянно оглядываться! Хватаю платье и надеваю.

— Класс, сестричка! Тебе очень идет! — Агнесса восхищенно смотрит на меня, поглаживает большой животик.

— Прости меня, — обнимаю её, — я дурой была… давай завтра попьем кофе, и поговорим? Обо всём.

— Наконец-то ты готова, — она смачно целует меня в щёку.

Сестра даёт мне красивые лодочки на высоченном каблуке. И впервые я не чувствую себя лишней на этом празднике жизни. Поднимаю взгляд на своё отражение.

Охаю.

— Да, это ты! — улыбается Агнесса, — у меня для тебя кое-что есть! Подожди секунду!

Она уходит, а я не могу отвести от себя взгляд. Платье село, как влитое. С открытыми плечами, поднимающее мою небольшую грудь. Облегающее узкую талию и струящееся до самого низа.

Я красивая. И мои истинные сегодня будут смотреть лишь на меня. А потом снимать это платье… Луна! Как же я этого жду! По коже волнами рассыпаются мурашки. Хочу… хочу своих несносных котов!

— Вот! — сестра возвращается, снимает с меня очки и протягивает контейнер с линзами.

— Боюсь спрашивать, откуда у тебя этот набор, — усмехаюсь.

— Для тебя, сестренка. Я ждала, когда же ты наконец вернешься ко мне.

— Агнесса, — разворачиваюсь и вижу слезы на ее глазах.

— Прости, это гормоны, — она всхлипывает, — беременной быть тяжело.

— Не извиняйся. Ты лучшая! — улыбаюсь, надеваю линзы.

Несмотря на то, что я волчица, в человеческом облике у меня близорукость. А вот в волчью я по приезду из Эмиратов не возвращалась. Так что не знаю, как видит мой зверь.

Это мой последний секрет. Я не могу обратиться…

— За тобой прислали машину, — в гостевую спальню заходит Митяй.

Он истинный моей сестры, её любимый муж и будущий отец. Огромный, лысый, татурованный. В общем, с родителями такого не познакомишь. Но наши уже давно мертвы…

— Если коты тебя обидят, мне говори! Я им хвосты-то пообрываю, — рычит сестра.

— Обязательно! — вспоминаю ту рыжую девчонку, которая покусилась на священные бубенчики Тимура.

— Слушай… — обращаюсь к Митяю, — а у нас новеньких волчиц не было в последнее время? Рыжая одна просто моих котов преследует и обижает.

— Обижает? — прыскает он, — этих громил?

— Да. Маленькая, рыжая. Шустрая, говорят. И дерется хорошо.

— Альфа говорил о лисе, — произносит Агнесса, — странно, с чего кицунэ появляться именно сейчас?

— Потому что дракон здесь, — решаюсь и говорю правду.

— Кира…

— Нет! Послушайте. Это не мой бред, а очень опасная ситуация. Вчера или сегодня в нашу страну прибыл арабский миллиардер Кадир Аль Эаниф. Он и есть наш дракон. Власов наврал. И, размышляя над его пропажей, я кое-что поняла.