Книга Рыбак для пылкой русалочки, страница 68 – Бетти Алая

— Боря… ааххх… я хочу… господи… ммм… попробовать кое-что, — когда Петровский обхватил губами оба её соска, девушка забыла все буквы алфавита.

А Борис не мог насытиться вкусом своей девочки. С огромным трудом оторвавшись от стоячих вершинок, он мутным взглядом уставился на Владу. Голодный, ненасытный. Он был готов прямо сейчас начать трахать свою нимфу.

— Что ты хочешь, моя малышка? — одной рукой мужчина мял сладкие дыньки, а второй сжимал вкусную попку.

— Давай сделаем это… в одежде… вот прям так, — в ее глазах пылало пламя порока, — а еще я хочу быть сверху…

Взяв пышечку за руку, Борис повёл ее к постели. Её желания будили в нём хищника. Властного и доминирующего. Даже, если пышечка будет сверху, темп задаёт Петровский. Всегда.

— Хорошо, но с одним условием.

Притянув русалку к себе, рыбак впился в сладкие губы. Терзал их, сосал, даже кусал. Казалось, что с каждым разом он хочет всё сильнее. С огромным трудом отлепившись от желанной девушки, он развернул её.

— Встань раком… полижу тебя, девочка моя… — прошептал он в ее губы.

Владу всю трясло. От возбуждения, любви к этому огромному заросшему мужчине. Прямо в платье, с грудями нараспашку, она встала на четверенькии выпятила попку.

Борис медленно, наслаждаясь, задрал подол платья.

— Сука… какая же ты…

Он видел сочащуюся из розовой дырочки блестящую влагу. Девушка покрутила бёдрами.

— Мне холодно, Боря… — русалочка игриво прикусила губу.

— Сейчас сделаю горячо… очень горячо, моя русалка.

Впившись в розовую промежность, он зарычал. А Влада закричала. Это было невыносимо! Сладко, приятно, порочно! Впиваясь пальцами в белую кожу своей нимфы, Петровский хотел, чтобы она кончала. Много. Очень много! На его пальцах, языке, члене.

Уткнувшись носом между блестящих влажных складочек, он вдыхал порочный аромат своей женщины.

— Блядь… Влада… ты сладкая… так пахнешь… невозможно…

Он бормотал, массируя пальцами налившиеся кровью половые губки. Раскрыл её лоно, глядя на то, как клитор увеличивается в размерах. Совсем немного, но достаточно, чтобы торчать между складочек.

Раз за разом облизываясь, Борис обрабатывал языком самый край дырочки. А Влада кайфовала от этого. Столько внимания, любви, ласки! Невероятно! Петровский играл с её оргазмом. Методично подводил, танцуя языком вокруг чувствительной вершинки.

Затем отпускал, массируя половые губки, слизывая сок и рыча всякие непристойности.

И когда его русалочка была уже в полуобморочном состоянии, он облизал палец и ввёл его в её попку. Девушка тут же заёрзала, снова ощутив приятные, но необычные спазмы в анальной дырочке. Она знала, что сегодня член Бориса будет в ней. И это заводило. А страх добавлял ситуации остроты.

— Боря… я больше не могу… прошу!

— Твой выход, Влада, — он ухмыльнулся, затем улёгся на постель.

— Ах ты! — девушка игриво заулыбалась, затем приспустила джинсы мужчины, выпуская наружу его член.

Большой, алый, напитавшийся кровью и готовый вот-вот разорваться. Русалочка приспустила лямки платья, чтобы ничего не скрывало её шикарную грудь и забралась сверху на своего мужчину.

— Давай малыш… твоя киска уже готова принять меня… — шептал Борис, бродя руками по мягкому телу пышечки, — иначе я солью прямо так… ты пиздец красивая…

Ему нравилось смотреть на эту сторону своей скромной русалочки. Она была порочна. С голыми грудями, растрепанными волосами и голодным блеском в глазах.