Книга Рыбак для пылкой русалочки, страница 41 – Бетти Алая

Влада кончила очень сильно. Из нее так и вырывалась влага. Борис обхватил свой член рукой. Начал дрочить.

— Сука… девочка ты такая сексуальная… — рычал он, сжимая головку.

— Боря! Войди в меняяяя! — простонала девушка, чувствуя сильнейшее желание.

— Погоди русалка… ох хорошо… бля… твою мать… входить в тебя это искусство, малыш…

Он погружался медленно. Сначала обмакнул головку в сладкой влаге. Поводил по пухлым половым губкам.

— Я уже говорил,что твоя киска красивая? — хрипел мужчина, мучая и себя и Владу.

Её взгляд был ответом. В них пылала невыносимая жажда. Ей срочно нужен был его член! Прямо сейчас! Так что одним движением Петровский заполнил свою пышечку.

— Ааа! — закричала она.

— Раздвинь ноги шире, — грубо приказал мужчина, — хочу тебя всю… впусти меня… вот так…

В ней было так туго! И мягко одновременно. Остро! Борис балансировал, ведь безумно возбудился. И уже был готов кончить.

— Блядь… пиздец… — сцепил зубы до боли, впуская в голову сторонние мысли, — ты тугая малышка… моя девочка… да! Да, сука! Да!

Вбиваясь в жаркое лоно Влады, он приводил её в исступление. И сам зверел. Внутри Петровского просыпалось животное. Алчное до оргазмов его русалки. Жесткое. Беспринципное.

Но ещё он влюбился. И прекратит, если пышечке станет неприятно. Он не хотел делать своей русалочке больно. Только хорошо. Очень хорошо! Но сейчас…

Яйца мужчины порочно шлепали о залитую соком попку девушки. Борис то глубоко и жестко трахал, то входил нежно, мягко.

Дразнил свою малышку.

— Я… я… почти… — задыхалась русалочка во время очередной порции жестких толчков.

— Давай… кончи снова… а потом снова… — шептал мужчина, — подари мне много твоих оргазмов… вот так… да… умница девочка… я тоже… почти…

И его густое семя начало изливаться в девушку. Но Петровский не остановился. Пока киска пышечки сокращалась, а он вливал в неё сперму, движения не прекратились.

Русалочка кончала снова. Каскадом. Один оргазм за другим. Лишь от того, что внутри неё член любимого мужчины. Четыре пика подряд. Громкие крики. Стоны. Счастье. Поцелуи.

Из девушки вытекала сперма Петровского, смешивалась с ее выделениями. А Борис продолжал трахать свою нимфу. Лишь его. Любимую и сладкую.

Но во время следующего оргазма из глаз Влады вдруг брызнули слезы. Её так накрыло, что она начала плакать. Борис поцеловал ее соленые щечки. Затем вышел из девушки.

— По-моему, мой член опух, — хохотнул он, чтобы отвлечь свою девочку.

— Хи-хи, — Влада улыбнулась сквозь слезы.

Она была счастлива. И не понимала, почему плачет. Слезы были освобождением от чего-то, таящегося внутри. Словно одиночество и тоска покидали тело.

Они помылись. Борис вымыл всю сперму из своей девочки. Он шутил и кривлялся, чтобы она улыбалась. Отее слез в его груди становилось больно.

Нежась в постели, они говорили обо всём. И Петровский решился спросить, что так напугало Владу.

— Ты такой белой не была даже, когда те упыри в кафе к тебе лезли, — сказал мужчина.

Влада ткнулась носом в его грудь. Как же он пахнет! Она что, нимфоманка? Или токсикоманка? С Петровским девушка чувствовала себя «манкой» со всеми возможными сексуальными приставками.

— Малыш? — он нежно взял девушку за подбородок, — расскажи мне.

— О чем? — пышечка спрятала взгляд.

Ну зачем он ворошит это? Она ведь забыла и пережила. И вот опять! Ей не поверили, над ней смеялись самые близкие. Неужели девушке снова придется пройти через унижение и неверие?