Книга Сводные. Пламя запретной любви, страница 59 – Ольга Дашкова

– Егор, – повторила тише.

Он вздрогнул, глаза распахнулись, темные, еще затуманенные сном, но тут же сфокусировались на мне. Секунда замешательства, Егор резко сел, его рука инстинктивно потянулась к моему лицу, но замерла в последний момент.

– Саша? – Голос был хриплым после сна, теплым, как жидкая карамель. – Как ты себя чувствуешь? Все хорошо? Голова болит?

– Немного. – Я опустила взгляд, внезапно смутившись. Наше близкое, почти интимное положение на диване… Его пронзительный взгляд… – Спасибо… за вчера. За все.

Он молчал, изучая меня, словно пытался разгадать сложную головоломку. Я чувствовала, как воздух между нами густеет от невысказанных слов, как электричество потрескивает, готовое сорваться в разряд молнии. Я должна была спросить. Должна была узнать.

– Почему… почему ты это сделал? – Голос дрогнул. – Почему пришел за мной?

Егор стиснул челюсти, глаза потемнели, как грозовое небо.

– Потому что не мог иначе, – сказал после долгойпаузы, каждое слово звучало так, словно его вырывали клещами. – Когда Лиза сказала, что ты пропала… – Он замолчал, сжимая кулаки, и я видела, как желваки играют на скулах. – Я чуть с ума не сошел. А потом увидел тебя с этим… – Егор с трудом сдержал ругательство, – с ним. И что он пытался… – Голос сорвался.

Я наблюдала, как ярость снова поднимается в нем, как она искажает его лицо, превращая в хищника. Но за этой яростью было что-то еще – страх. Настоящий, животный страх за меня. И это открытие обрушилось на меня лавиной, сметая последние сомнения.

– Егор, – прошептала, придвигаясь ближе. – Я хочу тебя.

Он замер, как под ударом тока. Зрачки расширились, дыхание сбилось. В его глазах боролись сомнения с желанием, контроль с голодом. Воздух между нами, казалось, закипал, обжигая легкие.

А потом что-то в нем сломалось.

Одним движением он притянул меня к себе, усаживая на колени лицом к лицу, руки сжали мои бедра через тонкую ткань футболки, и я задохнулась от ощущения его пальцев на своей коже. Взгляд Егора был почти болезненным в своей интенсивности.

– Ты уверена? – В голосе дрожало напряжение, как натянутая до предела струна. – Саша, если мы начнем, я не смогу остановиться. Не смогу никогда.

– Я не хочу, чтобы ты останавливался, – выдохнула я, обвивая его шею руками. – Я хочу тебя. Сейчас. Всего.

Звук, вырвавшийся из горла, был больше похож на рык, чем на человеческий голос. Губы Егора обрушились на мои, требовательные, настойчивые, яростные, голодные.

Поцелуй был почти болезненным в своей интенсивности, но именно этого я жаждала. Этой безудержности, этой отчаянной необходимости, которая сжигала нас обоих.

Его руки скользнули под футболку, поглаживая ребра, талию, спину, и каждое его прикосновение, словно искра, превращалось в пожар на моей коже. Я прижималась к нему всем телом, чувствуя, как сердце Егора колотится в такт моему.

– Ты такая мягкая, – пробормотал Егор, отрываясь от моих губ, чтобы проложить дорожку поцелуев вдоль шеи к ключице. – Такая теплая…

Я запрокинула голову, отдаваясь этим новым, ошеломляющим ощущениям. Губы Егора скользили по моей коже, то нежно, то настойчиво, зубы слегка прикусывали, оставляя следы, от которых по венам растекался жидкий огонь. Он то всасывал мою кожу, то лизал, от чего внизу живота началотянуть сладкой болью.