Книга Сводные. Влюбись в меня, пчелка!, страница 25 – Арина Алексанова

Надо выяснить это на вечеринке.

Я выберу самое сногсшибательное платье. Такое, чтобы, при виде меня, у Гордея потекли слюнки.

Гордей

Новогодний бал в Гарден Холле всегда был событием года, но в этот раз, казалось, сам воздух искрился предвкушением, словно наэлектризованный миллионами невысказанных желаний. Даже я, привыкший к блеску и роскоши, к этому вечному фону из шелка, золота и приглушенных голосов, тем не менее, чувствовал легкое, почти неуловимое волнение. Это было не просто предвкушение праздника, а скорее предчувствие чего—то значимого, чего—то, что могло изменить привычный ход вещей.

Я всю неделю помогал своему отцу в организации этого грандиозного мероприятия, которое должно было собрать сливки общества: меценатов, чьи имена были синонимами благотворительности и искусства, магнатов, чьи империи простирались по всей стране, и бизнесменов, чьи решения двигали экономику. Каждый год это был вызов, проверка на прочность, но в этот раз я ощущал особую ответственность.

Отец в этом году доверился мне особенно серьезно. Мне пришлось даже на время забросить мою учебу, хотя перед новым годом в универе была и так запара с докладами.

Но больше всего, я сожалел о том, что за всю неделю я так и не увиделся с Юлианной. Я уходил утром, когда она еще спала. А возвращался поздно вечером, уставший, как собака. Я переживал, что после той близости, что была, между нами, Юлианна, как любая девушка, захочет какого—то разговора или признания чувств. И я был абсолютно готов к этому! Но я хотел это сделать красиво. Возможно, позвать ее на свидание или купить какую—нибудь золотую безделушку, но в итоге я застрял с отцом и практически не появлялся дома. Мне оставалось надеяться, что во время мероприятия я наконец—то смогу объясниться с Юлианой и вывести наши отношения на новый уровень. Я не переживал, что скажет отец, так как был уверен, что девушка ему нравится, и он одобрит наш союз. В конце концов, если он хочет получить мое одобрение на брак с Ириной, он пойдет мне на уступки!

Всю неделю я жил мечтой о том, что на вечере я увижу Юлиану, и уже никто не посмеет нарушить наше с ней время. Я представлял, как мы танцуем по этому паркетному полу, и весь свет огней будет направлен лишь на нас двоих.

Сегодня мы приехали с отцом, чтобы еще раз убедиться в том, что все готово к мероприятию. Вечером ожидается поистине сказочное событие.

Мой взгляд скользнул по огромному,залитому мягким светом залу. Еще недавно здесь царила суета рабочих бригад: расставляли массивные хрустальные люстры, каждая из которых весила как небольшой автомобиль, драпировали стены тяжелым, глубокого бордового цвета бархатом, который поглощал звук и создавал ощущение интимности, несмотря на масштабы помещения, а сейчас, этот зал не узнать.

Воздух был наполнен сложным, многогранным ароматом — терпкая хвоя гигантской ели, украшенной антикварными игрушками, смешивалась с тонким шлейфом дорогих духов, витающих в воздухе, и едва уловимым запахом свежеиспеченных пирожных, доносящимся из кухни.

Я еще раз проверил список артистов, который лежал на полированной поверхности стола. От известных оперных див, чьи голоса могли заставить замереть время, до модных поп—исполнителей, чьи хиты звучали на всех радиостанциях страны. Все должно было быть безупречно, каждая нота, каждый выход на сцену — отточены до совершенства. Я знал, что от этого зависит не только репутация семьи, но и успех многих деловых переговоров, которые неизбежно будут вестись в кулуарах этого вечера.