Книга Новые испытания, страница 36 – Игорь Юдин

— Какого дьявола, бать, мы должны их куда-то передавать, это теперь ведь наши трофеи, или мы их зря ловили⁈

— Чего⁈ — удивился тот тому, что кто-то тут вообще решился опротестовать его мудрое решение.

— Я тебе сейчас покажу трофеи? Я что непонятно сказал — сдать их в центр⁈

Но тут своё слово решил сказать уже более старший из сыновей.

— Слышь батя, так точно не пойдёт. Ты что хочешь нас до конца жизни бобылями оставить! Вон та мне в особенности нравиться и прямо по душе! — и он показал пальцем на Талку. Отчего та, поняв что разговор идёт не просто про неё, а про его отношение к ней, залилась тут же в лице краской и потупила смущённо взор.

Отчего тот вообще поплыл и начал защищать свои права на неё с удвоенной силой.

— Где я в нашем городе, скажи на милость, где на одну бабу приходится по два озабоченных мужика, такую потом найду, или тем более он, — тот показал на кивающего головой и явно поддерживающего его младшего.

— Майке проще, она вон себе балбеса на шею уже нашла, а нам что делать. Кому мы нужны теперь ещё без кола и двора и с одной голодной мышью в этом подвале? Или ты внуков не хочешь⁈

Мать у них погибла во время очередной бомбёжки, не успев вовремя покинутьдом, куда она вернулась, чтобы забрать какие-то ей вдруг срочно понадобившиеся вещи. Поэтому они теперь жили без неё.

Посмотрев на обоих отпрысков, тот растерянно заметил:

— Был конкретный приказ всех взятых в плен дамочек сдавать в специальный лагерь для их размещения!

— Да плевать на этот приказ, у нас никаких пленных нет, а есть две перебежчицы ищущих себе здесь мужей. В городе уже почти более двух тысяч таких кайровок которые остались здесь за последние два десятка лет в поисках лучшей личной жизни. Так что сойдут за них и наши. Ну а если ещё поймаем так и быть отправим их по назначению. Их за сегодня только в нашем секторе не один десяток попалось, и что то никто не спешит их никуда отдавать. Я только что с Виком разговаривал по телефону, он тоже сказал — что в гробу видал этот приказ. А они с братом вообще шестерых к своим рукам прибрали.

После чего Майя фыркнула и заметила:

— А зачем этим двоим придуркам — шестеро-то, что они с ними делать-то собираются, гарем разводить⁈

— Дура ты, сестрёнка! — заметил Алан, так звали старшего из её братьев.

— Во-первых, это рабочие руки сейчас. Во-вторых, лишних, после войны чай продать можно будет или потребовать за них выкуп. Они ведь теперь наша собственность, так сказать военные трофеи!

Посмотрев на него изумлённо, та захохотала и ткнув пальцем в пленниц язвительно заметила:

— Кого эти идиоты собрались продать, этих вампирш? Да твои дружки скоро будут у всех шестерых на поводке бегать, за ними как преданные им собачки, и одно место им лизать, кретин! — и, достав из-за пояса местного кустарного производства револьвер, взвела курок и тут же направила его на Талку.

Правда выстрелить она не успела, отец успел перехватить её руку, влепить ей пощёчину для вразумления и отобрать у нее оружие. После чего заявил:

— Так пускай пока посидят в бане? А там подумаем что с ними делать дальше. Но убивать их я тебе точно не дам, дура, тем более безоружных. За это мы сами можем под трибунал загреметь! — процедил он, обращаясь уже к дочери.

— А теперь все рассосались по своим местам, я их сам отведу куда надо и от ваших глаз подальше! — рявкнул он и повернулся к пленницам.