Книга Ящик Пандоры, страница 60 – Игорь Юдин

— К рабыням, кстати, эти законы не относятся. Так как они как бы находятся вне их и принадлежат уже не себе, а кому-то другому. Но это я так, к сведению!

Заметив как она сразу же изменилась в лице после этого замечания, я смилостивился и тут же добавил:

— Правда эту свободу можно вернуть назад, или так сказать заслужить!

После чего заржала уже она.

— Ты на что это намекаешь мне, сволочь!

— Ни на что, просто твои ключи отсвободы лежат у меня в кармане. Так что, если ты хочешь добраться до них, подумай, как это сделать, чтобы я тебе их так и быть подарил! — мило я улыбнулся ей и стал разливать вино по бокалам. Пока та озабоченно о чём-то размышляла стоя за моей спиной.

Когда я разлив его повернулся к ней, она стараясь не глядеть на меня стояла с понурым видом уже только в одних трусиках.

— Да я совсем не это имел в виду! — рассмеялся я.

— Вечно вы женщины всё не так понимаете, а только в одном интересном для вас направлении!

Впрочем, отказываться от её предложения я, конечно же не стал, так как «Дексовки» у меня ещё в репертуаре не было. После того как я, разумеется, подхватив её за сногсшибательную задницу оттащил её на кровать и любезно отодрал по полной программе. После чего, как только она немного оправилась и пришла в себя, тут же подползла ко мне и, взирая наивными глазками, с придыханием от волнения прощебетала:

— Ну что, ты теперь отпустишь меня на свободу⁈

Удивлённо посмотрев на неё, я протянул к ней руку и нежно погладив её по головке назидательно произнёс:

— Ещё чего захотела, для этого нужно ещё очень постараться, моя милая, а не лежать просто как бревно. Так что пока этот вопрос оставим до другого раза. А то я что-то пока тобой не очень впечатлён. Понятно⁈

— Что? Это я бревно… Ах ты скотина! — истошно взвизгнула та и, забравшись на меня с ногами, начала тут же опять душить.

Впрочем мне было уже не привыкать.

Глядя на недовольное выражение лица своей новой подружки, я попытался её, естественно, успокоить, пока она вконец меня не задушила:

— А вот это не стоит делать, милая, кто же тебя потом из рабства освободит, когда ты меня отправишь на тот свет⁈ — прохрипел я, пытаясь разжать железные тиски её рук.

— Да мне по барабану, гадёныш! — прошипела та, осыпая меня молниями из своих дивных глазищ.

— Что б ты вообще сдох!

Впрочем, свою хватку всё-таки ослабила и начала просто колотить меня ладонями рук по лицу, видимо приняв его за этот самый инструмент. При этом две её сочные грудки тоже мелодично раскачивались передо мной взад-вперёд, исполняя какой-то танец. Наконец, через какое-то время, выпустив, видимо, всю свою злость, оставила меня в покое и, обхватив руками лицо, начала, подвывая, раскачиваться взад-вперёд. Изображая из себя оскорблённую мной сплошную невинность.

— Да хватит тебе переживать, ей-богу. Поживёшь немного у меня здесь, наберёшься ума, глядишь, я и позволю увидеть тебе опять солнечный свет! — заметил я ласково, попытавшись её погладить по дивной лысой головке.

— Что⁈ — пропищала та, уставившись на меня, как на гремучую змею.

— Чтобы ты меня тут в своё удовольствие имел, когда тебе только приспичит, паршивец! — и опять завыла.

— Да ладно тебе, что ты из меня какого-то злыдня делаешь. Давай составим тогда план твоего освобождения. Чтобы ты точно знала, что это всё не напрасно будет! — изрёк великодушно я, притянув её рукой на себя и поглаживая нежно ей спинку.