Книга Новогодний соблазн для босса, страница 56 – Сладкая Арман

Самолет пошел на посадку, и за иллюминатором поплыли знакомые, серые от ноябрьской слякоти спальные районы. Я наблюдал за Галей. Она прильнула к окну, и на ее лице не было разочарования или тоски по раю. Был интерес. Спокойное, внимательное изучение места, которое отныне становилось для нее домом в новом, полном смысле этого слова. Она повернулась ко мне и улыбнулась — быстрая, уверенная улыбка, которая говорила: «Я с тобой. И потому все в порядке». Этот простой взгляд стоил больше всех закатов на острове.

Мой водитель, встретил нас в аэропорту с привычной невозмутимостью. Его взгляд, скользнувший на обручальное кольцо на руке Галины и на мою руку, лежавшую на ее талии, был единственным проявлением эмоций. Он кивнул ей с чуть большим, чем обычно, уважением: «Галина Сергеевна». Мир узнавал о нашем новом статусе по каплям, и это было приятно.

Дорога в дом была не столько перемещением в пространстве, сколько возвращением в иной временной пласт. Но что-то изменилось и здесь. Раньше я смотрел на этот город как на шахматную доску, поле для маневров и сражений. Теперь я смотрел на него как на декорации к нашей жизни. Важные, но не главные.

Когда машина свернула на знакомую, охраняемую территорию и подъехала к дому, я почувствовал, как Галина слегка напряглась. Это был не ее страх «не понравиться» или «не вписаться», который я ловил в самом начале. Это было волнение человека, который подходит к порогу своего будущего.

— Ну, вот мы и дома, — сказал я, открывая дверь машины и подавая ей руку.

Она вышла, поправила пальто и окинула взглядом фасад — строгий, минималистичный, совсем не похожий на воздушные виллы в тропиках.

— Домой, — поправила она меня тихо, и от этого слова что-то теплое и огромное расправилось у меня в груди.

Мы вошли внутрь. Воздух пах чистотой и немного стерильностью — дом был идеально убран за время нашего отсутствия, но в немне было жизни. Он ждал.

Галина прошлась по гостиной, ее пальцы скользнули по спинке дивана, по столешнице из черного дерева. Она смотрела на все иными глазами. Не глазами гостя, а глазами хозяйки. Я видел, как ее взгляд выхватывает детали, оценивает, примеряет.

— Здесь слишком строго, — сказала она наконец, поворачиваясь ко мне. — Мы купим несколько больших, уютных кресел? И, может быть, сменим эти шторы? Они красивые, но… холодные.

В ее словах не было критики. Было предложение. Соучастие. Она не спрашивала «можно?». Она говорила «давай». И это было именно то, что мне было нужно.

— Все, что захочешь, — ответил я, подходя к ней. — Это твой дом. Делай его таким, каким видишь.

Вечером мы устроились на том самом диване, который ей не нравился, но сейчас он казался намного уютнее. Мы пили чай — не экзотический травяной, с острова, а обычный, крепкий, русский, — и говорили о будущем. По-настоящему. Без романтического флера отпуска, а по-деловому, но от того не менее страстно.

— Я не хочу долгой помолвки, — заявила Галина, поджав под себя ноги и поворачиваясь ко мне. В ее глазах горели решительные огоньки. — Месяц? Максимум два. Я не верю в долгие подготовки. Это только нервы и лишние сложности.

Я не мог с ней не согласиться. Мы оба были людьми действия. Затяжная церемония с бесконечными обсуждениями меню и оттенков салфеток была не для нас.