Книга Нежеланная жена, страница 78 – Злата Романова

«Да, ты мой сыночек, — говорю ему мысленно. — Я твоя мама, пельмеш».

Мне все еще не хватает смелости сказать это вслух, но я мечтаю о том, чтобы, пытаясь выговорить мое имя, Амир сказал не Мира, а мама, хоть я и не обращалась к себе в его присутствии этим словом. Но об этом еще рано думать. Он ведь пока даже не пытается сказать что-то связное, только издает случайные звуки и слоги. Всему свое время. Может, его первым словом и не будет мама, но он определенно будет так называть меня в будущем.

После того, как пельмеш засыпает, я иду в нашу с Мурадом комнату и сушу феном влажные волосы, после чего расчесываю их и одернув ночную рубашку чуть выше колен, выхожу из ванной.

Мурад, сидящий на кровати, опершись на изголовье спиной, поднимает голову от своего телефона, когда я захожу, и просто пожирает взглядом мои голые ноги, но эта рубашка — самая скромная из имеющихся у меня. Я всегда любила красивое белье, так что ходить в чем-то закрытом и непривлекательном не привыкла.

— И ты предлагаешь мне говорить, когда сама одета в это? — сардонически приподнимает бровь мужчина.

— А ты не смотри на меня, — парирую я, подходя к кровати и залезая под одеяло, пока он напряженно наблюдает за мной.

Закутываюсь по самые плечи, чтобы не было искушения, но Мурад на это только хмурится.

— Так еще хуже, — ворчит он. — Создается впечатление, что под одеялом на тебе ничего нет.

Я не могу сдержать удивленный смешок.

— С каких пор ты стал таким озабоченным, или ты всегда такой был и умело скрывался? Мужчинам надо прятать от тебя своих женщин.

— Только если они выглядят, как ты, — двигаясь ближе ко мне, улыбается он, и у меня сердце замирает от выражения его лица.

Мурад флиртует. Со мной. Это настолько странно, что у меня глаза чуть на лоб не лезут.

— У тебя такой вид, словно ты сейчас задохнешься, — замечает он, снова хмурясь. — Что не так?

— Ничего, — быстро качаю головой, откашливаясь. — Ну так вот, я хотела обсудить с тобой правила.

— Какие правила?

— Правила совместного проживания, конечно. Я согласилась быть твоей женой, но ты не должен забывать, что у меня есть свои желания и потребности, с которыми ты должен считаться.

— Я разве говорил, что не буду? Вот что ты снова начинаешь, Самира? Только мы зарываем топор войны, как ты снова нарываешься на очередную ссору.

— Ничего я не начинаю, а просто хочу обсудить все, как нормальные люди! — возмущаюсь я. — Ты мне даже договорить не даешь, а сразу думаешь худшее!

— Хорошо, говори, — вздыхает он, скрещивая руки на груди.

Бицепсы выпирают, а вниз по предплечьям идет узор вен, которые мне хочется проследить пальцами. Уф, похоже не он один тут озабоченный!

— Что ж… Э-э… Да, я хотела обсудить детей! Я не хочу рожать в ближайшие пять лет! Хочу доучиться назаочном, а когда пельмеш подрастет до сада, выйти на работу.

— Насчет учебы не возражаю, но зачем тебе работать? У нас достаточно денег, — не понимает он.

— А затем, что я всегда мечтала построить карьеру. Дело не в деньгах, а в том, что мне невыносимо скучно сидеть дома и быть домохозяйкой. Я и замуж в первый раз не вышла именно потому, что Тимур и слышать не хотел о том, чтобы его жена работала.

— Я ничего не имею против работающих женщин, но пока Амиру не исполнится хотя бы три года, в сад мы его не отдадим, — говорит Мурад. — А что касается других детей… Я не предохранялся вчера.