Книга Невеста горца. Долг перед кланом, страница 60 – Злата Романова

– Я могу взять несколько выходных в следующем месяце и мы поедем вместе. Или, если хочешь раньше – пусть она приедет сюда. На территорию Чингиз ее не пустит, но она может остановиться в городе. В нашей квартире.

Я не сразу понимаю, что он только что сказал. Просто смотрю. Молчу. А потом – выдыхаю, как будто задерживала воздух в легких весь день.

– Ты серьезно?

Он чуть приподнимает бровь.

– Да.

– Ты правда не против, чтобы я с ней виделась?

– Мина, ты не пленница здесь и я не твой надзиратель. Конечно, ты можешь видеться со своей матерью.

И в этот момент я не выдерживаю.

– Спасибо, – шепчу срывающимся голосом. – Спасибо, спасибо, спасибо!

Я бросаюсь к нему, обнимаю за шею, прячу лицо у него на груди. Мне хочется плакать. Или смеяться. Или просто зацеловать его за эти слова.

Я чувствую, как он сначала замирает, как его тело напрягается, и уже собираюсь отстраниться, но он перехватывает меня за талию, притягивая к себе.

– Не торопись, – шепчет Асад, и его голос звучит уже иначе. Глубже. Теплее.

Он наклоняется и впервые целует меня не в качестве прелюдии. Не ночью, не в постели, а просто… потому что захотел.

Его губы крепкие, горячие, вкус кофе все еще ощущается. Я отвечаю, медленно, но с восхитительной дрожью внутри. Потому что этот поцелуй – другой. Он не страстный, не жадный, просто нежная ласка, как выражение привязанности, поддержки.И когда наши губы разъединяются, Асад не тащит меня в постель, не раздевает, а просто прижимает к своей груди и обнимает, давая несколько долгих секунд в своих успокаивающих объятиях, прежде чем отстраниться и пойти в ванную.

– Я в душ, Мина, день был долгий.

Я смотрю ему вслед с глупой улыбкой на лице. Потому что с каждым днем я все больше влюбляюсь в него, все лучше узнаю его, как совсем не такого сурового человека, вроде дяди Чингиза, которым считала его поначалу. А что самое важное – с каждым днем моя надежда на то, что этот брак будет счастливым для нас обоих, становится все больше и больше.

***

Мама не может приехать.

Мы разговариваем вечером по видеозвонку и, хотя ее голос звучит устало, я вижу по выражению лица, как она взволнована возможностью увидеться.

– Я только устроилась на эту работу, Мина, – вздыхает она. – Если попрошу отгулы вот так сразу, меня точно не поймут. Но я жду тебя. Очень-очень жду, дочь. Когда ты сможешь – просто приезжай.

– Асад сказал, что через месяц у него появится несколько свободных дней. Мы приедем вместе.

– Тогда я буду считать дни. Люблю тебя.

– И я тебя.

После разговора с ней остается что-то теплое… но все же колючее внутри. Я скучаю. И мне одиноко, даже в доме, где я теперь вроде как своя. Возможно, это связано с тем, что мой муж замечает меня только ночью, но я это так не оставлю и не смирюсь.

Следующие дни проходят в ожидании.

Я стараюсь быть мягче, спокойнее. Пытаюсь вызывать у Асада интерес – задаю вопросы, жду его вечерами, готовлю то, что он любит. Даже его сестры замечают мои усилия и пытаются помочь мне, оставляя нас наедине при любом удобном случае, но он по-прежнему возвращается поздно. Срывает пиджак, моет руки, ужинает молча и уходит в кабинет. Амира говорит, что слышала, будто дядя Чингиз всех сейчас гоняет из-за каких-то проблем, так что я утешаю себя тем, что Асад, видимо, не всегда так занят. Наступит еще наше время.