Книга Украденная невеста. Месть горца, страница 6 – Злата Романова

— Ешь, — короткоговорит она, внимательно следя за мной. — Не хватало еще, чтобы ты здесь упала в голодный обморок.

Я очень голодная, потому что не ела со вчерашнего вечера. Даже не думая отказываться из скромности, я беру кусочек хлеба, намазываю на него масло и кладу сверху варенье, едва сдерживая стон от его идеального вкуса.

— По тебе и не скажешь, что у тебя хороший аппетит, — хмыкает мать Джафара. — Одна кожа, да кости.

— У меня хороший метаболизм, — не подумав, выпаливаю я, но тут же жалею об этом.

Слишком нахально звучит, а эта женщина, судя по всему, такая же чванливая зануда, как моя тетя Латифа. С такими лучше вести себя тише воды.

Она удивленно приподнимает бровь и присаживается напротив, наблюдая за каждым моим движением. Ее глаза цепкие и холодные, и я понимаю, что она привыкла контролировать все и всех.

— Спасибо, тетя, все очень вкусно, — скромно произношу я, опустив глаза в тарелку.

Она не отвечает, продолжая молча наблюдать за мной. В ее глазах нет ни капли мягкости, только строгость и неодобрение.

— Кто твои родители, откуда ты? — спрашивает она, наконец. — Твой отец может согласиться урегулировать конфликт?

— Родители умерли, когда я была маленькой, — объясняю я. — Я живу вместе со своим старшим братом. Он очень разозлится, когда узнает о случившемся. И ни за что не выдаст меня замуж! Слышали об Ардашевых? Я из их рода.

Женщина внезапно бледнеет прямо на глазах и смотрит на меня с ужасом.

— Ардашевы? — сиплым голосом переспрашивает она. — Как зовут твоего отца?

— Идрис.

Стоит ей услышать имя, как она вскакивает со стула и с завидной для ее возраста скоростью, вылетает из комнаты, оставив меня одну. Я сразу же чувствую облегчение. Если она испугалась, услышав нашу фамилию, значит у них нет таких связей, как у моего дяди, несмотря на богатство. Дядя Чингиз политик, у него много влиятельных друзей, и если этот Джафар не имеет таких козырей, то мои его в порошок сотрут за то, что он сделал.

Я доедаю свой завтрак, представляя, как Джафар будет повержен, но через десять минут возвращается моя несостоявшаяся свекровь, выглядя очень злой.

— Иди за мной, — приказывает она.

Я встаю и выхожу из кухни следом за ней, она очень быстро шагает к лестнице на второй этаж.

— Тетя, вы можете хотя бы сказать, зачем ваш сын укралименно меня? — осторожно спрашиваю я, набравшись храбрости. — Мы с ним даже не знакомы.

Женщина недовольно поджимает губы:

— Я не обсуждаю поступки моего сына. Тебе лучше спросить у него самой, если осмелишься. И не называй меня тетей!

Ее слова звучат резко и неприветливо, и я замолкаю. Мне ясно, что помощи от нее ждать не приходится.

Она открывает дверь одной из комнат на втором этаже и жестом указывает мне зайти. Спальня просторная и светлая, со большой кроватью, кремовыми шторами и мягким ковром на полу.

— Жди здесь и не выходи, пока за тобой не придут, — бросает женщина и выходит, плотно прикрыв за собой дверь.

Я остаюсь одна. Время тянется медленно, часы ползут один за другим, и мое тело замирает при каждом шорохе за дверью. Я боюсь, что сюда придет Джафар, но к счастью, он не появляется.

Проходит несколько мучительно долгих часов, прежде чем дверь снова открывается. На пороге появляется мать Джафара:

— Спускайся вниз. За тобой пришли.

Я подскакиваю с кровати, сердце бешено колотится от облегчения и надежды. Я быстро выхожу в коридор и спускаюсь по лестнице почти бегом от волнения.