Книга Украденная невеста. Месть горца, страница 29 – Злата Романова

— Спасибо, Эльмира, —шепчу я. — Не стоило ему тебя напрягать.

Она отмахивается:

— Брось, я не за спасибо стараюсь. Джафар мне хорошо платит за то, чтобы я избавила тебя от любых забот. Так что сегодня ты свободна от всех дел — просто лежи и поправляйся, ясно? Я для тебя и кухарка, и сиделка, и посыльный, если понадобится.

Эльмира забирает пустую кружку и оставляет меня отдыхать, а спустя время по дому разливается аппетитный аромат. Кажется, она уже занялась обедом.

Я и правда начинаю расслабляться. В голове чуть проясняется, боль отступает.

Позже она зовет меня на кухню.

— Амира, пошли. Я приготовила легкий обед, тебе нужно поесть.

Она берет меня под руку, словно немощную старушку, и ведет на кухню. Там уже все накрыто: на столе стоит дымящаяся тарелка супа, хлеб, свежая зелень.

— Не обессудь, все из того, что нашлось, — говорит Эльмира, усаживая меня за стол и придвигая тарелку с супом. — Зато горячее и свежее.

— Спасибо большое… Все выглядит очень аппетитно, — искренне отвечаю я.

Суп оказывается наваристым и ароматным, а мягкий хлеб просто тает во рту. Я не замечаю, как съедаю почти половину, наслаждаясь каждым глотком бульона.

Эльмира, прихлебывая чай, довольно улыбается, наблюдая, как я уплетаю за обе щеки.

— Очень вкусно, — признаюсь я, сделав паузу, чтобы перевести дух. Тарелка уже почти пуста. — И спасибо тебе огромное… за все.

Эльмира отмахивается рукой, но я вижу, что ей приятна моя благодарность.

— Рада стараться, мне не трудно, — говорит она с веселой искоркой в глазах. — Я сейчас вот в декрете сижу, так что хорошо, что Джафар позвонил. Я уже с ума сходила дома с детьми.

Я чуть улыбаюсь и решаю воспользоваться моментом, расспросив ее о своем муже:

— Эльмира, а ты хорошо знаешь Джафара?

— Ну, как сказать, — отзывается она. — Мы с ним в одном классе учились, но с тех пор много времени прошло. Мы все повзрослели и изменились.

— Правда? — оживляюсь я и не скрываю любопытства. — А каким он был тогда, в школе? Таким же молчаливым ворчуном?

Эльмира хмыкает и качает головой:

— Молчаливым, это уж точно. Трудно общаться, когда ты немой, но он неплохо справлялся.

— В смысле? — не понимаю я. — Что значит — немой?

Эльмира хитро прищуривается:

— А ты разве не знаешь? Он же в детстве вообще не разговаривал.

Я замираю,не веря своим ушам:

— Не разговаривал — в смысле, молчал? Совсем?

— Совсем, — серьезно кивает она. — Но я бы не сказала, что он молчал. Он реально не мог говорить, он буквально был немым.

Ложка выпадает у меня из рук и громко брякает о край тарелки.

— Немым? — переспрашиваю я, вытаращив глаза. Мой всегда сдержанный, говорящий ровным баритоном муж… не говорил вовсе? — Что же с ним случилось?

— Точно не известно, — вздыхает Эльмира. — Ходили слухи, что когда он был совсем маленьким, его кто-то напугал и он перестал говорить. Лечение ему не помогало. Он ходил в школу, учился… но общался только жестами и записками. Ни слова из него нельзя было вытянуть.

— И как же он вылечился? — шепчу я, все еще пораженная услышанным.

— Это случилось уже после окончания школы — у всех был шок, — улыбается она уголками губ. — Будто прорвало человека. Но подробностей никто не знает, Джафар не любит, когда люди лезут в его дела. Он всегда был таким скрытным.

У меня мурашки бегут по коже. Я никак не ожидала такого.