Книга Горничная с секретом, страница 49 – Злата Романова

Артур сжимает челюсть, глядя на меня с яростью за то, что посмел открыть рот, но на меня этот взгляд не действует, потому что я его не боюсь. Повернувшись к нему спиной, я невозмутимо иду на выход, уже зная, что скорее всего меня попытаются отсечь от близкого окружения Главы, но кто же ему позволит?

Я приехала пять дней назад, но от Макса ни слуху, ни духу. И как мне на это реагировать? В душу пробирается отчаяние, я готова уже на стенку лезть, хочу уехать обратно домой, к маме, хотя она и звонит мне каждый день, чтобы я не волновалась о ней.

На шестой день Лина занята, так что я предоставлена самой себе. Провалявшись в постели все утро, я решаю пообедать в ресторане вниз по улице, где подают самый вкусный в моей жизни кофе. Одеваюсь, собираю волосы в дульку, чтобы не возиться с укладкой, и в вестибюле дома Лины, уже у самого выхода резко торможу, потому что через большие вращающиеся двери как раз в этот момент заходит Макс.

Твою ж ма-а-а-а-ть!

Нет, он специально что ли?! Выбрал именно тот день, когда я забила на внешность и решила выйти из дома в леггинсах и свитшоте, без капли макияжа и с дулькой на башке. Вот ведь гадство!

Только в голове мелькает мысль по-тихому слинять, как он замечает меня. Между нами расстояние всего около трех метров, еще бы не заметил. Еще и осматривает так показательно, с ног до головы, с затаившейся кривой ухмылкой, словно выбирает кобылу на аукционе. Я стою, почти не дыша, только сердце быстро-быстро колотится. На нем костюм, светло-серый, с рубашкой более темного оттенка серого, начищенные туфли, волосы лежат в слегка небрежной манере, на запястье сверкают массивные часы — ну просто модель с обложки. Еще и красивый, зараза, вон как дамочка с собакой, зашедшая следом за ним, поедает его глазами.

Но Шагаев не видит никого, кроме меня, и я бы солгала, если бы сказала, что у меня не трепещет в животе и не сжимаются пальчики ног, когда он надвигается на меня, глядя как на последний кусочек пищи на Земле. Я даже не успеваю подумать, что ему сказать, как он без всяких церемоний, молча, обнимает меня за талию своими большими руками и крепко целует в губы. Без языка, вполне прилично для общественного места, но его губы долго-долго задерживаются на моих и я готова самовоспламениться, когда он отстраняется, продолжая обнимать меня и снова глядя этим смущающим пристальным взглядом.

— Ну, как дела?

— Нормально, — едва ворочаю пересохшим языком.

Он слегка кивает человеку, который зашел следом за ним, и ведет меня к лифту. Я не сопротивляюсь, потому что вокруг люди, но как только мы оказываемсянаедине в лифте, отстраняюсь от него, сбрасывая тяжелую руку со своей талии.

— Что ты здесь делаешь, Максим? Разве я недостаточно ясно сказала, что не хочу тебя видеть?

— Вполне, София, — невозмутимо отвечает он. — Я не тупой, устную речь воспринимаю, как и большинство.

— Тогда что ты здесь забыл? — скрещиваю руки на груди.

— Тебя.

Ох… Сердце пропускает удар. Во мне бурлит адреналин, все происходит именно так, как я и хотела, но мне трудно чувствовать себя счастливой из-за этого. Я ведь играю с ним так же, как и он со мной. Очевидно, что Макс совсем не доверяет женщинам. С таким человеком невозможно построить счастливые отношения, он слишком властный и слишком эгоистичный.